— Первое, что необходимо сделать вам всем, так это исчезнуть из Кендры, — заявил Грапнель.
Линан заметил выражение ужаса в глазах Дженрозы.
— Простите меня, — обратился он к ней. — Это я виноват во всем, что произошло…
— Не нужно извинений, — возразила она. — Я-то знаю, что вы ни в чем не виноваты. Однако мне вполне хорошо жилось в качестве студентки, и меня вовсе не приводит в восторг мысль о том, что остаток жизни предстоит провести в бегах вместе с тремя людьми, объявленными вне закона. Тем более, если один из них — принц крови, голову которого определенные люди хотели бы снять с его плеч, а двое других так же не привлекают к себе внимания, как парочка выбросившихся на отмель китов.
Грапнель расхохотался, ударил огромной ладонью по столу, расплескав пиво из кружек.
— Ну что за веселая у нас складывается компания!
— У нас? — переспросил Камаль.
— Конечно. Для того, чтобы бежать из Кендры, вам просто необходима моя помощь. Один из моих кораблей как раз стоит в порту. Я смогу тайно вывезти вас из города.
— Ты и так уже достаточно для нас сделал хотя бы тем, что предоставил нам убежище этой ночью. Я не хочу больше подвергать тебя опасности, мой друг, — произнес Камаль.
— Вы подвергли меня опасности уже тем, что пришли сюда. И благополучно вывезти вас из Кендры — в моих интересах.
— Но куда же нам можно благополучно выбраться? — спросила Дженроза. — Куда Линан, да и все мы, можем отправиться, чтобы оказаться в безопасности?
— В безопасности? — Грапнель задумался. — Возможно, что какое-то время вы нигде не будете чувствовать себя в полной безопасности. Однако должно найтись место, в котором вы сможете остаться, пока не пройдет самое опасное, самое ближайшее время.
Линан с глубоким вздохом достал из-под туники Ключ Союза. Он мрачно посмотрел на свое наследие, от его недавней бравады не осталось и следа. «Мне хотелось бы никогда не видеть этой бесполезной штуки», — подавленно подумал он.
— А какую позицию займет Арива? — спросил у Линана Грапнель.
Линан с удивлением взглянул на него, ошеломленный чувством собственной вины. Его так затянула собственная беда, что у него и минуты не нашлось для мыслей об Ариве и Олио. Одна ли судьба была уготована заговорщиками для всех наследников трона? Если так, то они, безусловно, должны были быть уже мертвы к этому моменту. С его губ сорвался невольный сгон.
— Я боюсь… Я боюсь, что их могли убить так же, как Берейму. Одному мне удалось спастись благодаря судьбе и отваге моего слуги…
Его голос сорвался. В его ушах вновь прозвучал предсмертный крик Пайрема, когда тот упал, сраженный мечами стражников.
— Он был верным слугой, — кивнул Грапнель. — Однако вы можете заблуждаться относительно своих родственников. Заговорщикам должно быть известно положение дел в королевстве, не говоря уже о Двадцати Домах — один из которых, возможно, нацеливается на трон. Им нужен кто-нибудь из рода Розетемов, хотя бы один из наследников королевы, О других претендентах я ничего не могу сказать.
— Но не хотите же вы сказать, что Арива или Олио были причастны к убийству Береймы! — воскликнул Линан. Он взглянул на Камаля, ища поддержки, однако выражение лица коннетабля было непроницаемым.
Грапнель пожал плечамиг.
— Я не умею читать людские мысли, принц Линан. Все, что я могу вам сказать, так это, что, по моему мнению, заговор должен быть достаточно широк и включать в себя не одних только Оркида с Деджанусом. Заговорщики непременно должны посадить на трон либо Ариву, либо Олио. В королевстве должен существовать правитель, которого признает народ, — а иначе скоро не станет и самого королевства.
— Арива?.. — громко произнес Линан, обращаясь скорее к самому себе, нежели к остальным. — Но не могла же она убить Берейму!
— Некоторые люди больше всего на свете любят власть, ваше высочество, — угрюмо заметил Камаль.
На несколько мгновений в комнате повисло тягостное молчание. Наконец Грапнель с тяжелым вздохом поднялся с места.
— Все вы этой ночью должны оставаться здесь. Завтра утром я выйду из дома и погляжу, что там происходит. После этого нам будет легче решить, что делать дальше.
Грапнель принес несколько тряпок и чистую воду, чтобы промыть рану Камаля, затем достал откуда-то несколько одеял, чтобы его гости могли устроить себе что-то вроде постелей перед огнем на полу. Все четверо пытались отдохнуть за остаток ночи, однако слишком много произошло событий, слишком много им пришлось пережить потрясений, так что поначалу сон к ним не шел. Еще какое-то время они переговаривались между собой, но натянутый и горький разговор в конце концов прекратился сам по себе.