Туральер согласно кивнула.
– Это похоже на правду. Сейчас я распоряжусь, чтобы шлюпку спустили за борт, а вы можете погрузить в нее все, в чем только может оказаться нужда.
С этими словами она отправилась отдавать необходимые распоряжения, а Грапнеля в это же время позвал интендант. Четверка беглецов осталась стоять на месте, чувствуя себя в неловком положении. Все они ощущали себя брошенными на произвол судьбы в обстоятельствах, которые не поддавались никакому контролю с их собственной стороны. Все они почти одновременно и остро осознали, что с этой минуты обозримое будущее каждого из них будет находиться в руках остальных, более того, сама жизнь каждого из беглецов становилась теперь зависимой от стойкости и верности остальных.
– Все же нам следовало бы выбрать место, в которое мы направимся, – спустя мгновение произнес Камаль, глядя на море так, будто в его просторе он надеялся найти ответ на этот непростой вопрос.
Эйджер кивнул в сторону Линана:
– Что скажет Ваше Высочество?
Линан удивленно поднял глаза. Отчего Эйджер спрашивает его? Ведь и сам он, и Камаль гораздо старше, гораздо опытнее…
– Я… Я не знаю, – с трудом выдавил он. В этот миг ему бросилось в глаза выражение лица Дженрозы, и внезапно он ощутил, что теряет ее расположение. Он перевел взгляд на лицо Камаля – оно тоже не скрывало разочарования, его выражение было таким, будто Линан допустил оплошность во время упражнений с оружием.
Эйджер вздохнул. Он приоткрыл было рот, собираясь что-то сказать, но передумал. Он во все глаза смотрел теперь на грудь Линана. Линан бессознательно наклонил голову и проследил за его взглядом, не обнаружив ничего необычайного.
– В чем дело? Что у нас не так?
– Я старый идиот, – пробормотал Эйджер, обращаясь к самому себе.
– О чем это ты? – спросил Камаль.
Эйджер шагнул вперед и, потянув за цепь, блестевшую на шее Линана, вытащил из-под куртки принца Ключ Союза. Еще мгновение он завороженно смотрел на его сияние в солнечных лучах, потом бережно опустил его обратно.
– Разве ты не видишь, ты, гигантский дурень? – едва ли не закричал он, хватая начальника стражи за руку. – Вот оно! Ответ все это время был у нас!
– Мне хотелось бы, чтобы ты прекратил говорить загадками, – начал было Камаль, но его перебила Дженроза.
– Да, конечно! Ключ Союза! Провинции!
– И все же о чем вы оба толкуете? – спросил Линан.
– Линан, вы являетесь представителем трона в провинциях, – торжественно объявила Дженроза. – Ключ Союза вручила вам сама Ашарна.
– Не думаю, чтобы Арива и Оркид предоставили Его Высочеству испытать себя в этом качестве, – не без сарказма вмешался Камаль.
– Не могу даже представить себе, чтобы кто-нибудь всерьез воспринял его власть и могущество, а уж в особенности те, кто находится под каблуком дворца.
– Не все находятся под каблуком дворца, – спокойно произнес Эйджер. – Кроме того, в королевстве существуют такие области, на которые никогда власть Ашарны не распространялась полностью, однако в таких местах обладателю Ключа Союза стали бы повиноваться, если бы только он обнаружил себя.
– Под это твое определение не попадает ни один из крупных или даже мало-мальски значимых городов империи, – возразил Камаль. – Может быть, избавление от невзгод нужно искать у причалов Чандры, либо в заросшей лесами дождливой Лурисии, а может быть, в заросших травами землях четтов… – По мере того, как он сам осознавал все, о чем говорил, его голос звучал все менее уверенно.
– Да, все это верно, – с уверенностью подтвердил Эйджер.
Тут уже и Линан понял, о чем шла речь.
– Вы хотите сказать, что я должен скрываться в одной из самых нетронутых цивилизацией областей королевства, где Арива не смогла бы найти меня?
– А кроме того, там, куда ее разведчики и армия едва ли смогут проникнуть, – добавил Камаль.
– И еще там вы смогли бы организовать восстание, – тихо произнесла Дженроза.
Трое мужчин в изумлении уставились на нее. На несколько мгновений все они замолчали, затем Камаль сердито возразил:
– Восстание против трона?
– Спокойно, Камаль! – прошипел Эйджер. – Неужели ты хочешь, чтобы весь белый свет стал участником наших разговоров, которые не предназначены больше ни для чьих ушей?
– Но…
– Я имела в виду восстание против заговорщиков, – с решимостью в голосе вмешалась Дженроза. – Такое восстание, в результате которого восторжествовала бы справедливость, восстание, направленное на то, чтобы Линан был восстановлен в своем качестве преданного трону и истинного принца крови, чтобы Камаль оказался вновь признанным начальником Королевской Стражи, а Эйджер – одним из ее верных офицеров, чтобы я сама вновь стала членом Теургии Звезды, такое восстание, которое позволило бы всем нам вернуться домой и зажить предназначенной для нас жизнью.
Линану пришлось откашляться, чтобы заговорить.
– Мне казалось, что главное для нас затаиться до тех пор, пока все не успокоится.
– Не успокоится? – переспросил Эйджер. – Что именно ты хочешь этим сказать, мальчик?
– Ты все понимаешь. Когда не будет так опасно.
– Все перестанет быть таким опасным, как только Оркиду и Деджанусу удастся перерезать твою глотку, – взорвался Камаль. – Однако даже мне не представить, что вы хотите выразить словом «успокоится», Ваше Высочество.
Внезапно Линан ощутил прилив раздражения. Скрестив руки на груди, он капризно произнес:
– А что же здесь, собственно, происходит?