– Я сама не знаю, – солгала она. – Просто мне страшно.
– Этот дом не темницы, чтобы ты по этому поводу не думала. У меня есть авто и есть ключи от ворот. Мы могли бы уехать… скажем, в Италию? Уверен, тебе понравится Италия. Там много солнца и винограда, а ещё вкусный сыр и самые вкусные в мире лепёшки. Хочешь, я покажу тебе Рим? Вечный город Рема и Ромула? Хотя всё больше учёных сходятся на том, что знаменитая статуя волчицы всего лишь подделка и новодел. Я могу отвезти тебя в Рим, красавица. Или в солнечную Испанию. Или во Францию, в резиденцию короля-солнца – Версаль. Впрочем, мне самому больше Пале-Рояль пришёлся по вкусу. Мы убежим от туманов, от прудов, больше похожих на болото, от моей спятившей с годами тётушки и поехавшего крышей Дориана. В нашем распоряжении будет весь мир. И я буду целовать тебя снова, снова и снова – пока у тебя не закружится голова и ты не забудешь обо всём.
Коул взял пораненную руку Коры и, погладив её тонкие пальчики, выглядывающие из успевшего покрыться бурыми пятнами крови, платка, нежно коснулся их губами.
– Звучит заманчиво, – заставила улыбнуться себя Кора. – Думаю, Рим мне действительно понравится. Как и всё остальное.
В дверь постучали, напомнив, что пришло время ужина.
– Мне нужно переодеться, – вздохнула Кора. – Увидимся за столом.
Рим – это правда здорово! Будь у них хоть малейший шанс осуществить план Коула, Кора ринулась бы вперёд, не задумываясь. Но… ей вспоминался Омен, когда, как быстро не беги, а нечисть передвигается быстрее и ты обречён. Сбежать ей не дадут. В этом она была совершенно точно уверена. При мысли о том, что отца эти нелюди, возможно, тоже уже убили, к горлу подкатывался комок.
Нечисть. Демонические твари, веками разгуливающие по земле, в нарушении всех правил бытия. Отравляющие всё вокруг, заражающие злом – от них не скрыться, как не убежать от ночи, тумана, кошмаров. Она не побежит. Она… будет искать другой выход. Даже если шансов мало, это ведь не повод сдаваться, правда?
Нельзя сказать, чтобы в голове у Корнелии сложился чёткий план. Он вырисовывался какими-то неровными штрихами. Одно она знала точно, словно несла в себе часть программы – историю, которая длится несколько веков, пора завершать. Или писать продолжение для тех, кто придёт позже и завершит.
Корнелия надела чёрное коктейльное платье и распустила волосы. Вьющиеся, густые и здоровые от природы, они легли на плечи естественными локонами. Глаза она густо подвела чёрной краской, отчего они приобрели глубину, сделались загадочными и словно бы стали холоднее. Припудрив лицо, Корнелия посчитала свой образ завершённым и спустилась вниз.
С первого взгляда обстановка выглядела уютной: пылающий огонь в камине, сияющие свечи на сервированном столе, пылающая над столом люстра, захватывающая мерцающие огненные блики и зеркально рассеивающая их в стороны. На белой скатерти в прозрачных стеклянных вазах багрянцем пылали розы, будто кровь над прозрачными слезами. Дорогие фарфоровые тарелки и серебряные приборы. И венец ужина: наряженные в вечерние костюмы красивые люди, чинно рассевшиеся по местам.
– Кора, дорогая, – проговорила Сибил, – мы несказанно рады тому, что ты все же решила удостоить нас своим посещением.
– Ждали только меня?
– Как видишь, – она была утончённо вежливой.
И смотрелась шикарно в чёрном строгом костюме, подчёркнутом белоснежной блузкой. Золотистые волосы нимбом окружали её лицо, утопающему в тени. Свет и тени причудливой сетью рассыпались таким образом, что, скрывая морщины, подчеркивали аристократические от природы черты лица таким образом, что в результате Сибил выглядела на много лет моложе.
Как всё-таки стройность и худощавость молодит людей! До определённого возраста, конечно, но всё же..
– Примите извинения, – невозмутимо проговорила Корнелия, приближаясь к столу.
Коул и Дориан вместе поднялись, намереваясь помочь ей устроиться на стуле. Мужчины обменялись упрямыми взглядами, каждый явно не намерен уступать.
– Благодарю вас, но не стоит утруждаться, – с улыбкой предупредила Корнелия намечающийся конфликт. – Я привыкла справляться со всем сама.
– Сия привычка способствует выживаемости, но не комфорту, – приподняла бровь Сибил. – Иногда полезно позволить мужчине поухаживать за собой.
– А иногда – нет, – отрезала Корнелия.
– Прекрасно выглядишь, – улыбка Дориана была тонкой и в тоже время полной чувства собственного превосходства. – У тебя врождённое чувство стиля, Корнелия.
– Благодарю за комплимент.