Она и сама не могла бы объяснить, почему и зачем это делала – взрывала этот котёл. Не знала, какого результата пыталась достигнуть. Просто осточертело… всё. Бывают моменты в жизни, когда уже безразлично, как закончится то, что длилось и длилось – лишь бы закончилось.
– Возможно, мы сидим здесь как обычные люди исключительно потому, что мы обычные люди? – насмехался Дориан.
Та невидимая рука, что уже несколько раз проявляла себя, ударила по столу, опрокидывая тарелки, бокалы, перевернув несколько блюд и собрав гармошкой скатерть.
– Что за хрень?.. – распахнул глаза Коул.
– Извини, – фыркнул Дориан, сузив глаза, – кажется у кого-то нервный срыв?
– Хватит, Корнелия. Достаточно.
– По какому праву вы пытаетесь отдавать тут всем приказы? Вы здесь главная?
– Я Сибил Гордон. Я везде главная.
Обе женщина приподнялись из-за стола, но прежде, чем Корнелия вновь рискнула провернуть свой фокус, другая невидимая рука, куда более сильная и мощная толкнула её обратно в кресло и с такой силой вжала в него, что она едва пискнула.
– Сибил! – запротестовал Дориан.
– Что происходит? Что?.. Как?.. – пробормотал Коул, чей разум бунтовал против очевидный реальности, упрямо утверждая, что то, что он видит перед собой существовать не может.
– Пустите! – возмутилась сама Корнелия.
– Упрямица! А ведь я даже не напрягалась ещё. Попробуй ещё раз испортить мне сервировку, и я надеру тебе зад. Или – лучше превратить твои мозги в яичницу? Ты всё равно не умеешь ими пользоваться.
– Тетя, это действительно через чур…
– Ты понятия не имеешь о чём говоришь, мой мальчик, – бросила Сибил Коулу. – День сегодня был тяжёлым, если честно. Я сделала всё возможное, чтобы тебя образумить, но ты такая же бестолочь, как все в вашем роду.
– Чего вы от меня хотите? – выдавила из себя Кора.
– Чтобы ты вела себя тихо, идиотка. И не палила нас при первом же удобном случае.
– При каком случае? Здесь непосвящённых нет, кажется? Коул знает…
– Да мне бы и на хлеб не хватило намазать того, что он знает и я бы предпочла, чтобы так и осталось. Дориан, разберись с этим, пожалуйста.
– С чем ты предлагаешь ему разобраться, тётя?
– С тобой, маленький дурачок, – с презрением проговорил Дориан.
Корнелия едва сдержала крик, когда он, взяв нож, бесстрастно резанул по пальцам. Капли крови растворились в вине.
– Пей, – толкнул он к Коулу.
– Нет! – запротестовала Кора. – Не слушай их! Не пей!
Лицо Коула утратило всякую осмысленность. Он походил на сомнамбулу.
– Не старайся, дорогуша. Он тебя не слышит, – елейным тоном сообщил Дориан. – Пей, Коул.
Коул покорно опустошил бокал до дна.
– Хороший мальчик, – оскалился Дориан. – А теперь ступая в свою комнату и спи.
Коул поднялся и, натыкаясь на предметы, шатающейся, как у пьяного походкой, направился в сторону лестницы.
– Спокойной ночи, сладкий! – помахал ему вслед Дориан.
Кора почти с отчаянием смотрела Коулу вслед.
В следующий момент, когда она повернула голову, её отвесили увесистую оплеуху. Сибил возвышалась над ней как разъярённая гарпия и походила на неё до невероятности:
– Тебе хотелось откровенности, моя милая? Вот тебе откровенность: ещё раз посмеешь втягивать Коула в наши дела, горько пожалеешь. Поверь мне.
– Сибил, полегче. Не стоит пугать нашу маленькую ученицу. Мы же хотим, чтобы она нам доверяла.
– Плевать я хотела на её доверие! Нам не доверие нужно от неё, а Сила.
Глава 26. Вода в книге
Когда Сибил вышла, дышать в комнате стало немного легче.
Дориан, держа руки за спиной, неторопливо приблизился и присел рядом с креслом, в котором невидимые путы продолжали удерживать Кору.
– Когда Сибил злится, она немного перебарщивает, – флегматично заявил он. – Грустно это, потому что злится она почти всегда. А сейчас старается особенно, просто из кожи вон лезет, пытаясь приучить тебя к мысли о том, что единственное, чего тебе следует бояться в этом мире, это она сама.
– Можешь меня освободить? – дёрнувшись в невидимых путах, Кора в очередной раз убедилась, что они на месте и никуда не делись.
– Конечно, – Дориан ласково провёл ладонью по длинным, мягким волосам Коры. – Но прежде ответь мне: ты пыталась прочесть книгу, которую я тебе дал?
– Освободи меня.
– Ответь.
Несколько секунд длился поединок взглядов. Глаза Дориана оставались ясными, как глубокая ночь. Безмятежными, равнодушными и беспощадными, как море.
– Пыталась! – со вздохом досады сдалась Кора. – Пыталась, дьявол вас всех забери! Но у меня ничего не получилось! Доволен?!