* * *
... - Арсений, - услышал молодой человек горячий шепот в самое свое ухо.
От неожиданности он вздрогнул. Вплотную к нему подполз командир.
- Арсений, видишь в стадии отсюда сборный пункт противника? - просипел мужчина, кивком головы указав на людское средоточие, за которым из своего укрытия юноша наблюдал вот уже добрую часть времени. - Сейчас к ним подтягивается еще один отряд. Я послал Антипатра с донесением к Александру через северный брод, ты ж поспеши к нему через южный. Пусть он направляет войска на это скопище, а мы здесь будем отсекать персам путь к отступлению.
Выслушав приказ, молодой человек отправился его исполнять. Крадучись, преодолел он некоторое расстояние и, выбравшись на тропу, петляющую средь песчаных уступов, побежал.
Внезапно дорогу Арсению преградил огромных размеров варвар. Он, расставив ноги, играючи перекидывал из одной руки в другую увесистую дубину. Юноша попятился назад. Смуглокожий, долгоносый, с укрупненными, несколько выпуклыми глазами, недюжинный детина двинулся на него. Сделав несколько шагов, незадачливый разведчик оступился и упал. Нависший над ним дылда, ехидно улыбаясь, замахнулся своим оружием.
- Мама не горюй, кажется мне конец, - пронеслось в голове у Арсения. Он смотрел на варвара с широко распахнутыми от страха глазами.
А тот на секунду будто застыл, потом обмяк и ничком рухнув, придавил юношу все массой своего могучего тела. Кровь, прыснувшая из лобной части раскроенного черепа верзилы, липкой горячей жижей стала заливать Арсения. Его сознание помутилось...
... - Александр, было бы неплохо, если б наша армия сплошь состояла из подобных этому варвару здоровяков, - осматривая место недавней баталии, обратился молодой греческий всадник к своему спутнику.
- Ты шутишь, Гефестион?! Судя по исходу данной битвы, всю нашу армию ждала бы аналогичного рода участь! - рассмеявшись, ответил тот.
Арсений, придя в себя, стал пытаться выбраться из-под грузного тела.
- Мой друг, взгляни, возможно, второй только ранен - он шевелится, - произнес Александр.
Гефестион спешился. Приблизившись к лежащим на земле людям, он, прилагая немалые усилия, столкнул с Арсения мертвого верзилу.
- О! Да это наш старый знакомый! - радушно воскликнул грек, обернувшись к товарищу. Затем, осмотрев воина и помогая ему подняться, добавил, - он окроплен кровью врага, но и на этот раз невредим.
- Вот если из таких македонцев будет состоять наша армия, мы очень скоро покорим весь мир! - восторженно заявил юный полководец. - Кстати, Гефестион, ты выяснил, кто те люди, что бежали с поля боя?
- Да. Наемники, - ответил тот своему командиру.
- Судьбой дезертиров пусть распорядятся финикийцы. Думаю, рабство на галерах будет лучшим для них уделом. Нам пора! - прервал свои рассуждения Александр. - Буцефал, вперед! - скомандовал он.
Огромный вороной конь, оседланный правителем, сначала зычно заржал, затем так же громко почему-то мяукнул и, направленный решительным посылом, рванул с места. Арсений отметил на лбу у жеребца большое белое пятно в форме бычьей головы...
* * *
...Мяу! - отчетливо послышалось еще раз.
Черный кот с белым пятном на лбу, урча и выгибая спину, топтался по его груди. Когти цепляли одеяло, приподнимая его.
- Буцефал, - еще не понимая, видение это или явь, удрученным голосом произнес проснувшийся юноша.
Животное спрыгнуло на пол и поспешило скрыться за окном.
Битый час Арсений просидел на кровати, обхватив голову обеими руками, без конца нашептывая:
- Бред... Бред какой-то...
- Что же получается, - в течение всего дня размышлял он, - если сон - это не сон, а реальность, в которой я слышу, вижу, ощущаю, живу, то как быть, чтобы не погибнуть?
Молодой человек неоднократно подходил к зеркалу, осматривал и ощупывал мышцы своих рук и ног, неодобрительно цокал.
- Сбегу из армии - как дезертира меня неминуемо ждут галеры. Останусь - все равно кранты. Выход один - не спать! - твердо решил он.
Едва прозрачная сумеречная пелена, обволакивая город, стала спускаться на землю, Арсений, выпив несколько чашек крепкого кофе, отправился из дома. Долго бестолково слонялся он по переулкам. Наконец, устав, присел на скамейку в одном из уютных двориков. Летний вечер дышал свежестью и спокойствием. Жители окрестных домов еще не спешили расходиться по своим квартирам. Арсений ненадолго отвлекся от томивших его мыслей, наблюдая за тем, как шумная ватага ребятишек пыталась поймать светляка.
- Мне бы их проблемы, - тяжело вздохнув, уныло промолвил он.
- Быть взрослым - значит видеть в трудностях учебу и очищение, - произнес кто-то рядом.
Арсений обернулся. К нему на лавочку подсел пожилой мужчина.