Я пошуршала одеждой, но платье снимать не стала. Вошла в парную через низкую дверь и встретилась взглядом с нахохлившимся домовым. Приложила палец к губам и показала на дверь, давая понять о поджидающей за дверью неприятностью. Домовой понимающе кивнул, он взял кочергу, вытащил уголек из печки и написал на ее белом боку: что делать будем?
Я громыхнула тазиком и стала наливать в нее воду, попутно успевая вывести: найди народ; думаю они где-то в доме; на рыжих плевать; меня интересуют вампир и оборотень; постарайся их освободить. Домовой поскреб заросшую щеку и кивнул. Он спросил насчет моих личных планов. Пожала плечами. Мне так и так силу добыть надо, поэтому выбора нет - придется остаться. Но без заложников и у меня больше шансов приструнить Стевана, особенно с силой в руках. Домовой кивнул еще раз и растворился в воздухе. Я посмотрела на таз, на уголек и взялась за второе. Еще не хватало, чтобы колдун ввалился в самое не подходящее время!
Альфарел вытер полотенцем руки. С неудовольствием заметил остатки крови под ногтями, вздохнул и пошел в ванную, оставив на полу кухни переломанное тело - мелкий бес из разряда "поди-принеси" не подавал признаков жизни. Его маленькое сердечко еще билось, но в сущности это уже не имело никакого значения. Беса ждал экспресс в Ад. Мало того, что он незаконно на Земле находился, так и дома еще чего-то натворил.
Синеглазый демон тщательно вымыл руки. Взял из пластикового стаканчика зубную щетку и почистил ногти. Вот теперь гораздо лучше. Теперь все гораздо лучше: подозрения Альфарела полностью подтвердились. После всех тех... мер воздействий, примененных к бесу, любой бы сознался, но мелкий даже на последнем издыхании настаивал, что книга исчезла еще в переходе метро. Забавно? Ничуть. Странно? Да, но не исчезновение артефакта, а то, что стоит за ним. Что ж, похоже ведьмы теперь на крючке!
Демон поправил прическу, стер со щеки крошечную капельку крови. Мужчина улыбнулся своему отражению и прошептал:
- Нехорошо, Верховная, очень нехорошо, - но улыбка его была довольной. Демон обожал подбирать чужие ошибки и использовать их в своих целях.
Однако... Если он прав, то другой ведьме, в чьем расположении он крайне заинтересован, скоро придется не сладко. Альфарел вышел из ванной и погасил свет. Он вернулся на кухню, одел захваченные с собой хозяйственные перчатки - не желал больше пачкаться, взял кисточку из походного набора демона-экзорциста, к коим он хоть и не принадлежал, но по праву крови мог исполнять их обязанности. Мужчина обмакнул тонкую кисть из светлых волос оскверненной девственницы и нарисовал вокруг скрюченного тела пентаграмму изгнания. Теперь следовало напитать ее силой, а откуда ее проще всего добыть демону? Безусловно огонь и разрушение!
Альфарел вызвал на руки пламя и стряхнул его пятью ручейками, разбежавшимися по кухне. Он постоял некоторое время, глядя на занимающийся пожар, погрелся в его пламени и нехотя развернувшись ушел, оставив на прощание жильцам дома подарок: когда огонь достигнет порога кухни в подъезде раздастся крик "пожар". Несмотря на свою натуру и родину демон никогда не любил лишних жертв.
Выйдя из подъезда мужчина нашел ближайшее кафе, заказ фирменное блюдо шеф-повара и позвонил своей давней знакомой.
- Тони, - прошелестел он в трубку, - ты должна мне желание. Приедешь? - получив утвердительный ответ синеглазый продиктовал адрес. Впрочем, ведьма его и так знала.
Чуть позже, уютно развалившись в кресле в своей квартире в одной из сталинских высоток, Альфарел листал очередной выпуск "Кухня без границ", намечая новые интересные деликатесы, которые стоило попробовать. Антония вот-вот должна была появиться и если ее характер не изменился, а амбиции не стали ниже, то вечер выдастся насыщенным.
Звонок в дверь раздался минут через пять. Мужчина поднялся, уронив на пол журнал, и не торопясь направился к входной двери. Открыл не спрашивая, кто. Аромат ведьмы он учуял, когда та только подходила к подъезду.
Наряд Антонии мог спровоцировать любого мужчину: джинсовые шорты с высокой талией, но практически отсутствующими штанинами; черный шелковый топ под горло, но без рукавов и с полностью открытой спиной; лакированные лодочки на платформе и высоких каблуках. Глаза девушка прятала за черными очками-бабочками, а волосы торчали в художественном беспорядке тоненькими иголками.