Колдун крепче сжал руль - нет поводов отступать от намеченного плана. При наличии свободного времени - пожалуйста, но его не было. Будто ощутив, что происходит с подопечным Джэгода ободряюще хлопнула его по бедру. Не стоит уделять много времени переживаниям. Так и она почти забыла Лешика, но ей-то проще - симбионты угомонились до появления на горизонте личной жизни оборотницы особи, которую они сочтут подходящей.
На шоссе Стеван свернул в противоположную от Москвы сторону. На вопрос Джэгоды только махнул головой, дескать, отстань, а? Но ответ и не требовался проницательной женщине - он не хотел попадаться на глаза сородичу и Мазаринину. Некоторые решения принимать бывает очень трудно. Следовать им еще сложнее, однако, необходимо.
Стеван бросил машину в ближайшем городе на автобусной станции. Купил два билета на рейсовый автобус до столицы, который отходил через час. Мужчине казалось, что он тянулся бесконечно долго.
Я очнулась от головной боли. В затылке расцвело новое солнце. Оно стреляло протуберанцами, жгло и пыталось сорваться с орбиты. Я попыталась осмыслить произошедшее, но мысли расползлись по углам, слились с окружающей обстановкой и не подавали признаков жизни. Одно было очевидно: мой куратор затеяла что-то очень нехорошее, на что в сознании я бы своего согласия не дала, а судя по наручникам на запястьях и цепи на ноге еще и сбежала бы.
Местечко веселенькое: тусклая обнаженная лампочка под потолком, ржавые батареи, унитаз в углу, от вида которого любого микроба удар хватит, пыльный подоконник, где стояла чашка с водой и тарелка с половинкой батона. Батон жрала мышь. Увидев ее красные голодные глаза, я посягать на добычу зверя не стала. Так сказать во избежание конфликтов разума и животных инстинктов. В воде плавал жирный паук. Похоже, чудище на радостях утопилось в живительной влаге. Хорошо, что в туалет пока не хотелось... Унитаз внушал ужас.
Обшитая белым кафелем комната напоминала декорации какой-то из серии "Пила". Недоставало телевизора под потолком и жуткого задания из серии расковыряй себе мозг и будет счастье! Я размяла ноги, посетовала на испорченную в очередной раз одежду и принялась ждать визита. Не зря же меня сюда запихнули, значит, придут хотя для того, чтобы произнести стандартный монолог злодея и принести меня в жертву языческому божеству.
Про жертву это я зря. Говорят, желания обладают свойством иногда сбываться, а жертва - это не совсем то, что вписывается в мои ближайшие планы. Впрочем, винить некого: сама психанула и сбежала. Конечно, один ревнивый, второй озабоченный мужики сомнительная компания для молодой ведьмы, да только они меня от внешней агрессии защищали. Сейчас ищут, наверное, волнуются... И Дормидонт опять же...
Чувство вины обрушилось внезапно. Сев в уголке подальше от покрытого непонятным налетом туалетного монстра, я заревела в три ручья.
Вот кому я мешала? Я вообще просила во все это меня впутывать? Сидела бы спокойно, продавала колбасу, имея предел мечтания выяснить насколько процентов она состоит из бывших сотрудников холдинга, а тут на тебе, Маша, полную горсть замечательных приключений без гарантированного хэппи энда! Сто процентную гибель тоже никто не обещал, только сдается мне все именно к этому идет.
- Ну, чего разревелась? - Баба Лена с неизменными атрибутами профессии нарисовалась на пороге.
Я не слышала, как она отворилась, значит, петли хорошо смазаны. Выходит, используют помещение часто...
- Радоваться что ли? - буркнула я, вытирая тыльной стороной руки слезы. Не собираюсь показывать предательнице слабость. Умру с гордо поднятой головой! Ага...
- Да хоть на ушах стоять. Это уже не важно, - отмахнулась Прекрасная. Она исчезла в коридоре и вернулась через секунду. За собой куратор везла больничную каталку. - Ты, наверное, обо всем догадалась?
О чем интересно? Я ей как самой себе доверяла!
- Хотелось бы послушать вашу версию.
- Да там и слушать нечего. Как ты заешь, я ведьма темная и после смерти меня ждет Ад. Быть в собственности у своего покровителя приятного мало, а у моего так вообще... - Прекрасная поморщилась. - Садист он редкостный и сволочь. Сама понимаешь, мне к нему на постоянное место жительство не очень хочется, а он и звать уже стал. Пойдем, говорит, а то заждался я уже тебя, родная...
Ага, прямо так и сказал! И еще объятия раскрыл. И на пороге встал. А в руках ошейник шипами внутрь и длинная цепь. И золотой фиговый листик прелести прикрыть. Хотя прелести Прекрасной под фиговым листочком не спрячешь.