В разгар жаркого августовского дня были заняты лишь две учительские, где учителя активно готовились к неотвратимо наступающему учебному году. Все от мала до велика латали доспехи, чистили оружие и занимались тяжкими физическими упражнениями, попутно обсуждая молодое поколение, которое в школу с полным портфелем сюрпризов ходит.
Всего один человек не принимал участие в дискуссии. На ее уроках всегда тишина и спокойствие. Детки после звонка из кабинета строем выходят. Домашнее задание всегда сдают и никто двоек не получает. Кстати, голос учительница тоже никогда и ни на кого не повышала. Талант! Говорили одни. Другие же подозревали в Зое Валентиновне внучку одного из без вести пропавших во второй мировой эсэсовцев.
Сама же Зоя Валентиновна на жадный вопрос "как?" из уст коллег загадочно улыбалась и ссылалась на старую коммунистическую закалку. Дескать, тогда подход учили искать не только к людям, но и к обезьянам.
Вроде ничего не произошло в учительской: не грянул гром, не разверзнись хляби небесные и вулкан не вырос из расположенной снизу химической лаборатории. Однако, заслуженный учитель России отложила тетради тех, кто решил добавить к корзинке знаний за прошлый год пригоршню хлебных крошек дополнительно, встала, поправила узкую юбку и направилась к выходу.и
Физрук - мечта всех достаточно развитых и не сильно престарелых женщин школы попытался спросить что-то, но оказался отодвинут в сторону железной рукой старушки. Он не нашелся что сказать. Стоял, смотрел на синеющий на его непробиваемом бицепсе отпечаток пяти маленьких пальцев и думал о силе... силе духе помещающемся в сухом теле старушки.
Зоя Валентиновна, мелко семеня лакированными башмачками, спустилась на первый этаж, вышла во двор и оттуда неспешно направилась к воротам, за которыми рвался с места немецкий породистый скакун. Возле него, широко расставив ноги, обутые в туфли из закаленного стекла, ждала Верховную ее ненаглядная помощница. И красивая, и старательная, и... дура только, а так все в порядке.
Ведьма коротко поморщилась. Слишком много на себя берет в последнее время, да вытянуть не в силах. Все думает наскоком взять, напором задавить - хитрости и дипломатии ноль. Угрозы через слово сыпятся. Разве такой должна быть Верховная? Нет, оттого и займет Антония отведенное ей место. Заслуженное!
- Верховная, - коротко и не очень вежливо мотнула головой девушка.
- Тося, - синим отблеском вечных льдов блеснула улыбка старушки, - к чему такая срочность? Я просила не беспокоить меня, когда я на работе.
- Исключительный случай, - процедила сквозь зубы помощница.
- И какой же? Сразу скажешь или мне продолжать вытягивать из тебя каждое слово? - Верховная сложила вместе украшенные янтарными кольцами пальцы.
- Магическое возмущение в центральном административном округе было вызвано пришествием ангелов. Не простых, а карателей. И приходили они за некоей Марией Нефедовой недавно инициированной ведьмой под кураторством Елены Прекрасной. Ведьме удалось скрыться на машине в компании мужчины. Кто это был и почему ей помог выяснить не удалось.
- Мария Нефедова? Я ее не знаю, - ведьма покрутила на пальце кольцо с квадратным куском янтаря с запечатанной внутри мошкой. На секунду Антонии показалось, что насекомое дернуло лапкой.
- Она должна была быть представлена вам на следующем шабаше. Очевидно, уже не будет. Если каратели взялись за нее всерьез, то они своей цели добьются. Однако, интересен даже не сам факт появления карателей, а то, что инициированна Мария была во время похищения Книги Ведьм. Она попыталась остановить вора и...
Глаза Верховной потемнели. У ее ног взметнулся ворох сухих листьев и пыли.
- Она трогала Книгу? - голос звенел хрупким металлом.
Антония сделала неопределенный жест руками. - Я спрашиваю, она трогала книгу?! - едва шевеля губами произнесла Зоя Валентиновна.
- Я не знаю! - Антония отступила, уперлась в машину, о которой забыла, и испуганно вздрогнула. Что ведьма прицепилась к этой детали? Трогала, не трогала... Какая разница?! Это не поможет найти артефакт!
- Узнай, Тосенька. Очень тебя прошу, узнай. Завтра же, а не справишься... - ведьма щелкнула пальцами, - ее место займешь, - янтарь в перстне на солнце вспыхнул золотом.