– Ведь это голос Минга, командан? – спросил Баллантайн.
Моран тоже узнал этот резкий и одновременно вкрадчивый голос, принадлежавший этому необыкновенному человеку.
– Да, – сказал Боб. – Сомнений нет, это голос Минга. А ваше мнение, профессор?
Кивком Клерамбар выразил согласие с друзьями.
– Голос Желтой Тени не спутаешь ни с каким другим, – проговорил ученый.
– Выходит, он подает голос с того света, – пробормотал Билл и разразился каким-то нервным смехом.
Боб сделал кислую мину, но ничего не ответил. Он понимал, что Минг кого и как угодно мог сбить с толку. Эта грозная личность могла поставить все с ног на голову и даже подчинить себе законы природы.
– Нам ничего другого не остается, как следовать его указаниям, – решил наконец Моран. – Ясно одно – отступать мы не можем.
Украдкой он посмотрел на Синтйю Пейдж, но на ее тонком лице смог прочитать лишь изумление, словно ужас, который они все только что пережили, был ей неведом.
Следуя полученным рекомендациям, трое мужчин и Синтия Пейдж пошли вдоль острова, огибая его с правой стороны. Пройдя около двух километров, они увидели зеленую полосу, по обе стороны которой стояли пальмы. Она протянулась прямо к вершине.
– Несомненно, это та дорога, по которой мы должны идти, – заметил Клерамбар.
– Верно, – отозвался Моран, – но нам следует как никогда держать ухо востро.
С этими словами Моран медленно направился вперед, внимательно осматриваясь по сторонам и глядя себе под ноги. Он опасался попасть в ловушку. Эта осторожность не оказалась излишней: пройдя несколько метров, Боб внезапно остановился. Он увидел на траве труп человека, на котором была европейская одежда. Мертвец лежал вниз лицом, а из его спины торчал конец стального лезвия.
Глава 10
Моран и его друзья были потрясены жуткой картиной.
– Как это могло произойти? – наконец проговорил Баллантайн. – Каким образом его могли проколоть снизу вверх? Ведь острие металлического предмета достаточно хорошо можно увидеть даже и в высокой траве. Не хотел же он покончить жизнь самоубийством, добровольно напоровшись на это острие?
Моран нагнулся и обнаружил в траве стальной стержень, имевший форму большой петли. Концы стержня были воткнуты в землю. Нога мертвеца находилась в этой петле.
– Он угодил в капкан, – объяснил Боб. – Когда его нога попала в петлю, он повалился лицом вниз. Сразу же сработал механизм, возможно, весьма простой, который был в земле, и металлическое острие снизу насквозь прошило несчастного.
– Это дело рук Минга, – сказал Клерамбар. – Он любил устраивать такие мрачные спектакли. Настоящий цирк ужасов.
Боб промолчал. Его сейчас больше всего беспокоило то, что с их прибытием в Ранн оф Коуч они без конца подвергаются серьезным опасностям: необъяснимый выход из строя моторов гидросамолета, нападение фанатичных малайцев, а теперь еще и капкан и труп неизвестного человека. Все это подстроено Жёлтой Тенью. Однако нельзя исключать и того, что все эти ухищрения, направленные на то, чтобы затруднить подход к острову, были придуманы Мингом при жизни, а теперь, после его смерти, просто продолжали автоматически срабатывать. Что касается голоса, который они только что слышали, то можно было предположить, что он был записан Мингом на пленку при жизни. Но с другой стороны, ведь Желтая Тень, зная, что его наследство будет получено Мораном, перед смертью мог бы обезопасить все предусмотренные им защитные устройства и механизмы. Морану приходила в голову и другая мысль: Минг, не желая, чтобы кто-нибудь другой завладел его наследством, специально оставил все защитные устройства. Зная качества Морана, он считал, что Боб при необходимости преодолеет все расставленные на этом пути ловушки. К тому же, допускал Моран, Минг, возможно, решил подвергнуть своего бывшего противника последним испытаниям. Вдруг Морану послышались рыдания. Повернувшись, он увидел, что плачет Синтия Пейдж.
– Что с вами? – спросил Моран.
Он подумал, что она, будучи храбрым человеком, тем не менее при виде трупа просто не удержалась от слез.
Показав рукой на труп, Синтия в слезах проговорила:
– Я узнала его… Это Гудис, сотрудник моего отца.
– Как он здесь оказался?
Она покачала головой, давая понять, что не хочет отвечать на этот вопрос, но продолжала плакать. Моран понимал, что сейчас не тот момент, когда можно получить от нее какие-то сведения.
– Обстановка усложняется, командан, – сказал Баллантайн.
– У меня такое же мнение. А как считаете вы, профессор? – спросил Моран.