- Гаэрд! – окликнул его нетерпеливый Магинбьорн.
- Он в надежном месте, - ответил Дальвейг и обернулся, глядя честным взглядом на Ригнарда. – И чем быстрей мы сможем избавить Лиаль от ненавистного ей мужа, тем скорей я исполню свой долг. Место, где хранится Халидур, я не назову даже вам. Ежели нас настигнут, я не хочу, чтобы вы стали целью для охотников. Эта тайна останется со мной. И коли будет на то нужда, вы должны сказать, что я не открылся вам. Но до того мгновения, пока не останется иного выхода, кроме этого ответа, вы оба должны молчать о том, что узнали.
- Клянусь молчать обо всем, что узнала, - жарко воскликнула Лиаль. – И не просите меня указывать на вас. Коли мне неизвестна ваша тайна, то мне и нечего сказать.
- Мы принесли древнюю клятву вечной дружбы, - негромко произнес Ригнард. – Я принял твоих врагов, как своих, не задумываясь, кто из вас прав. Теперь же я знаю, что не ошибся, избрав именно эту клятву. Твоя тайна, стала моей тайной, и я никогда не разомкну уст, чтобы выдать тебя.
На том они тогда и остановились, более не заговаривая, ни об Ордене Орла, ни о Халидуре, ни о последователях. Лиаль больше не сбегала из-под крыла своего брата, и дотронуться друг до друга влюбленные смогли лишь сегодня, покинув трапезный зал на постоялом дворе. Краткий миг, оставивший горьковатый осадок своей быстротечностью, но невыразимо сладкий возможностью прикоснуться друг к другу и сказать это трепетное и такое хрупкое – люблю…
Ночью Гаэрд долго не мог уснуть, слушая завывания ветра в каминной трубе, проходившей через их комнату. И среди сапа Магинбьорна и похрапывания купца, пытался уловить уже знакомое ровное дыхание Лиаль. Он перевернулся на спину, подложил руки под голову и улыбнулся своим мыслям. Затем рука мужчины опустилась вниз, ласкающим движением погладив Халидур, лежавший рядом со своим хранителем. Улыбка сошла на нет, и мысли вернулись к охотникам. В его душе теплилась надежда, что маленькая хитрость с обозом собьет преследователей со следа и позволит добраться до столицы раньше, чем его настигнут.
- Святые с нами, - прошептал Гаэрд, и меч отозвался прохладой стали, вселяя уверенность, что все получится…
Глава 23
- Дери, не напирай!
- Да пошел ты, нечистое отродье…
- У тебя выросли лишние зубы, Дери?
- Попробуй, посчитай!
- А и посчитаю!
- Рты закрыли!
- Да, господин…
Двое ратников бросили друг на друга многообещающие взгляды и вернулись к своему занятию. Ригнард покачал головой, но тут же позабыл о двух задирах, выкрикнув:
- Навались!
Возок, застрявший на лесной дороге, по которой решил сократить дорогу Валдар Хёрт, неприятно скрипнул полозьями по промерзшему древесному корню и подался вперед.
- Еще! Давай! – крикнул Гаэрд, стоявший недалеко от Магинбьорна.
Возница свистнул кнутом, понукая лошадей, и люди вновь налегли.
- Пошел, пошел, пошел, - кряхтел купец, толкая возок вместе со всеми.
В стороне осталась лишь Лиаль, державшая за поводья трех коней. Никто не возмутился, что мальчишка стоит без дела. Впрочем, в том, что мальчишка вовсе не мальчишка сомнений ни у кого не было, но лезть с вопросами было запрещено, да и благородные лассы воспринимали враждебно любую попытку заговорить с этим юным и необычайно красивым довеском, странным образом похожим на одного из молодых мужчин. Так что и их родство было вне сомнений. Да и второй ласс вряд ли был чужим, уж больно трепетно он относился к удобству самого младшего спутника.
Гаэрд и Ригнард видели, что их тайна ни для кого тайной не является, но мужчин вполне устраивало, что попыток заговорить с Лиаль, или же сманить ее от них не было. Ратники отнеслись к наличию переодетой женщины в своем отряде философски. Коли переодели ее лассы, стало быть так надо. Да и строгость нравов, царившая в этой троице, не давала усомниться, что распутству тут нет места. Что до купца Хёрта, он нашел новых спутников неплохим дополнением к его путешествию.
Дальвейг никогда не отказывал в беседе Валдару, оказавшемуся словоохотливым малым. Наличие дворян помогло избежать придирок городской стражи в городке Вальне, куда заезжал обоз, желая пополнить съестные припасы. Да и не сторонились благородные лассы, без всякой оплаты помогая во всяких мелочах вроде того же застрявшего возка. Кроме того, воины, порой позволявшие себе лишнего, пока их возглавлял старший ратник, привычно подтянулись и примолкли, как только появились господа, умевшие руководить своими отрядами. Но главенствующее положение Магинбьорн без споров отдал Дальвейгу, как-то незаметно и ненавязчиво взявшему бразды правления в свои руки.