– Ты станешь тем, кем суждено. Теперь, тяни линию, потому что Райдер выглядит так, будто в состоянии разрушить щит одним только взглядом, – я обернулась и посмотрела прямо на него, взгляд его золотистых глаз проникал в мою душу, пока Фейри осматривал мой наряд. Он медленно опустил взгляд, и также медленно поднял, уголки губ Райдера приподнялись в улыбке, но во взгляде пылала смерть.
– Смейся, Фейри, – изрекла я прежде, чем повернуться к Лариссе, когда она вытянула свои руки. Я создала такой щит, чтобы поговорить с ней наедине, чтобы снаружи никто нас не слышал – ну, по крайней мере, те у кого слух Фейри.
– На счет три, Лари, – произнесла я, нагибаясь, чтобы взять в руки кинжалы, тихо считая. Мы коснулись пальцами, так как много раз делали, будучи детьми и объединили силы.
Ларисса дала мне хороший толчок силы, учитывая, что она – призрак. Я открыла глаза и наблюдала за ее пением. Она также красива после смерти, как и при жизни. Ее естественные кудри разметались вокруг лица, пока она читала слова с закрытыми глазами. Другие призраки тоже пели и с каждым словом сила внутри меня росла. Когда Лари распахнула глаза, я отпустила ее руки и отступила.
Я слышала, как Райдер и Адам разговаривают со своими людьми, пытаясь выяснить, как опустить щит и проникнуть внутрь до того, как я дотронусь до линии. Обе идеи не прокатят. Я напрягла тело, опустив руки по бокам, зондируя почву на наличие ближайшей лей-линии. Я послала безмолвную молитву любому Богу, который мог услышать и дотронулась пальцем до линии.
*~*~*~*~*Райдер*~*~*~*~*
– Блядь, заставь этот ёбаный щит опуститься! – прорычал я, из-за страха, сдавливающего грудь, я становлюсь неосторожным. Ненавижу, долбаное желание защитить Син, даже от ее собственной глупости. Никакие слова не заставят это желание ослабнуть. Син внутри меня, как наркотик; я жажду ее. Зверь хочет выбраться из укрытия и привести нас к ее врагам. Я рычу на него.
Я обещал Син сдержаться, чтобы убийца Фейри не исчез, едва появившись. Волшебная завеса – старый трюк Фейри, используется чтобы скрыть целые армии от тех, кто против нас.
Детская забава, но требует большей концентрации, чем я мог использовать, для разрушения ее блядского щита. Мысль отдать ее другому мужчине бесит зверя и все тяжелее его сдерживать с приближением назначенного времени.
Теперь я знаю где Маги. Ларисса сказала где их найти и как убить, но лишь малая их часть находится в Вашингтоне.
Они разбросаны по всему миру – прячутся от нас, как черви под землей. Ларисса заставила меня дать слово, что ни Адам, ни Син не узнают о происходящем, пока не исчезнет угроза от местных Магов.
Син выглядит беспощадной и прекрасной в боевой раскраске, с синими тонкими и замысловатыми татуировками на лице. Волосы собраны в хвост, и обрамляют её лицо, когда она опускает голову в боевой стойке. Зверь хочет её сейчас; хочет, чтобы она кричала в экстазе под ним и в ее глазах горело пламя желания.
Я рычу на него, и хрен с тем, что другие наблюдают за мной. Сейчас не время и не место для жесткого стояка, Син в реальной опасности. Зверь напрягается. Он сходит с ума внутри меня, стоило ей потянутся к линии и подставить себя под удар.
Мужчина просеивается внутри щита, но это только разведчик, который появлялся и в прошлый раз. Он участвовал в схватке, но не он нужен Син. Она не двигается, спокойно ожидая удара и когда он с улыбкой замечает Богиню Войны перед собой, нападает. Она быстрее.
Син движется с непревзойденным мастерством и скоростью, движение кинжалов практически невозможно отследить, двигаясь в совершенной гармонии, и попадая в цель. Она улыбается и пинает тело Фейри, по-прежнему стоящего перед ней, оно падает, и голова скатывается с плеч. Лезвия рассекли мышцы, сухожилия и кости, будто она разрезала сливочное масло горячим ножом.
Мой член становится тверже, когда Син поворачивается и готовится к появлению других. Дьявол! Ненавижу стояк во время драки.
Зверь мечется, желая попасть внутрь щита, который она воздвигла. Он запросто может туда попасть. Он это знает; зверь заклеймил ее физически и ментально, но нельзя сделать это сейчас.
Зверь хочет убить Адама и занять его место, но судьба – изменчивая сука и у нее свои планы, которые даже я не в силах изменить. Ни для нее или зверя, мечещушегося внутри меня.
Зверь насмехается надо мной, что этого не случится, что он заранее все продумал, делая расчет в нашу пользу. Для моей жизни и я не знаю, что это означает, а упрямый зверь не скажет большего.