– У вас очень забавная мимика, – сказал он вслух.
Улыбка в мгновенье ока преобразила его лицо. Когда он смеялся, было очень легко забыть о его настоящей сущности.
Аспану произнёс без слов:
«Я имел в виду Лермонтова»
«Лермонтова?! – у Жанны в голове не укладывалось, что её собеседник мог общаться с человеком, чьи произведения она проходила в школе. – Вы близко его знали?»
«Нет. Я видел его лишь однажды. Нас представили друг другу, и мне довелось поговорить с ним полчаса… Он произвёл на меня тяжёлое впечатление»
«Почему?» – с любопытством спросила Жанна.
«Очень сложно общаться с человеком, которому всё предстаёт в мрачных тонах. Как правило, люди, способные писать гениальные стихи, чувствуют ярче и сильнее других. И мне страшно представить, на что похожа их жизнь, если они не нашли в ней счастья»
Жанна заметила:
«Странно слышать подобные слова от вас. На что должна быть похожа ваша жизнь?»
«Моя жизнь никогда не была лёгкой, – сказал Аспану. – Но после разговора с Лермонтовым я пришёл к выводу, что мне живется гораздо проще, чем ему»
Жанна задумчиво разглядывала своего собеседника, представляя, как два столетия назад он общался с мрачным молодым человеком на каком-нибудь торжественном приёме. Перед её глазами возник образ роскошного зала, заполненного дамами в необъятных платьях…
«Всё было не так, – шепнул Аспану. Его голос прозвучал, как шорох листьев в осеннем лесу, – мы говорили, сидя на диване в небольшой комнате. Нас пригласила общая знакомая, которая владела довольно скромной усадьбой в предместьях Москвы…»
Полминуты Жанна молчала потрясённо. Затем она негромко поинтересовалась:
– Зачем мне произносить про себя каждое слово, если вы и так прекрасно слышите все мои мысли?
Аспану ответил невозмутимо:
«С таким ярким воображением, как у вас, некоторые мысли вы действительно можете передавать с помощью образов. Но общаться, вовсе не используя слов, довольно сложно. Для этого потребовалась бы некоторая совместная практика…»
Жанна с трудом подавила порыв свернуться калачиком в углу клетки и закрыть лицо руками. Глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.
«Я ничего не могу поделать с тем, что он слышит мои мысли, – думала Жанна. – Остаётся только надеяться, что ему доступны не все мысли, а только часть. Если я прямо задам этот вопрос, у меня не будет никаких гарантий, что он ответит правдиво. Надо будет выяснить это как-то невзначай…»
– Так что вы сделали с Алисиным слугой? – спросила Жанна через полминуты.
«На нашем жаргоне это называется “зачаровать”, – ответил Аспану таким тоном, будто речь шла о смене времен года. Спустя секунду он пояснил, – зачарованному человеку можно отдать любой приказ, и он его выполнит»
– То есть… – Жанне стоило немалых усилий заставить себя обратиться к вампиру мысленно. – «То есть, вы можете приказать Владу украсть ключи и освободить нас?»
«Могу»
Она с ужасом разглядывала своего собеседника. Чем больше Жанна узнавала о вампирах, тем отчаянней ей хотелось оказаться за тысячу километров от этой клетки.
«Даже если человека не будет рядом?»
«Некоторые вещи можно приказать человеку даже на расстоянии. Например, я мог бы заставить Влада явиться ко мне»
Он добавил через секунду:
«Но проблема в том, что Алисе известны мои возможности. Разумеется, она примет меры: Влада запрут где-нибудь, и круглые сутки не будут спускать с него глаз…»
Жанна молчала ошеломлённо. Чуть склонив голову набок, Аспану стал задумчиво разглядывать что-то в углу клетки. А через полминуты она вдруг услышала в своей голове его тихий голос:
«Откровенно говоря, я жалею, что сделал это. С моей стороны это была глупая и бессмысленная демонстрация силы… – Он сидел, уперев спину в деревянный ящик, сцепив свои длинные пальцы на колене. Аспану продолжил безрадостно. – В последнее время я совершаю всё больше глупых поступков. Если так пойдёт и дальше, то, боюсь, мне не придётся узнать результаты своего эксперимента…»
«Какого эксперимента?» – удивлённо спросила Жанна.
«Эксперимента, который должен был подтвердить существование Майорановских частиц, – ответил Аспану. – Это могло бы стать значительным открытием в современной физике…»
«Это то, что вас сейчас больше всего волнует?» – поинтересовалась Жанна, невольно поражаясь абсурдности их беседы.
Аспану ответил после некоторых раздумий:
«Пожалуй, да»
– Да вы счастливый… – Жанна чуть было не сказала «человек». – Я тоже так хочу.