Полдня Гарри провел почти спокойно, после безвкусного обеда и многочасового чиханья он был осмотрен Сметвиком. Тот рубанул, как с плеча:
— Теперь можно ставить ограничители магии. Спокойно, Гарри! Это не приведет тебя к потере волшебных способностей. Вот видишь, у твоего любовника браслеты на руках? У тебя будут такие же. Это для вашего же блага, чтобы магия не противостояла лечению.
Поттер с некоторым напряжением согласился. Как только защелкнулись замочки на браслетах, Гарри почувствовал, как магия ластится к нему. Она как бы мурлыкала, что все в порядке, она никуда не делась, и придет время, когда она покажет свое величие.
Устроившись на своей постели, Гарри заметил голодный взгляд Волдеморта. Учитывая, что Лорд в это время доедал восхитительно зажаренный бифштекс, Гарри простодушно подумал, что голод Тома направлен на кусок мяса, а не на него.
— Как ты думаешь, сюда больше никто не зайдет? — спросил Темный Лорд.
— Процедуры ты уже прошел, полы вымыты, обед закончен, по коридору гуляют больные, наверное, никто, — ответил Гарри, растягиваясь на постели.
Риддл проверил замок на двери и присел на кончик поттеровской кровати. Одним слитным движением он поцеловал Гарри и лег на него своей немаленькой тушкой. Гарри замычал и вцепился в волосы Риддла. Тяжесть приятно давила, и парень задвигал бедрами, чтобы быть ближе-ближе, черт, совсем рядом, и как приятно чувствовать вставший член другого мужчины. Риддл задвигал бедрами в ответ. Оба приглушенно застонали.
— Быстрее, быстрее… — шептал Гарри, а Волдеморт молча, закусив губу, задавал ритм им обоим. Гарри кончил слишком быстро (молодость!), а мужчина, коим оказался Лорд Волдеморт, еще не мог насытиться близостью и несколько сладких минут продолжал неспешную схватку двух тел. Гарри возбудился по новой, и Риддл, опустившись к паху парня, взял в рот его член и довел до разрядки самым приятным способом.
Гарри тяжело вздохнул. Как любить оказалось энергозатратным действием? Он устал, но губы его тянулись в улыбке. Хотелось смеяться, прыгать от радости и съесть шоколадный торт. И сделать это нужно непременно одновременно.
— Знаешь, я тебя уже не ненавижу, — пробормотал он в подмышку Риддла, пахнувшая терпким взрослым запахом.
— Может тебя трахнуть по-настоящему, и ты меня полюбишь? — ухмыльнулся Волдеморт. — Великая сила любви изменит ход истории.
— Слова Дамблдора, — согласился Гарри, вдыхая запах Тома, — и мне не придется тебя убивать.
— Может, наоборот? — съехидничал Том. — Апчхи!
— Апчхи! — ответил Гарри, и на этом политические дебаты были закончены.
Альбус Дамблдор все просчитал, кроме упрямства Фаджа. Тот в упор не верил фактам, не верил в смерть Седрика Диггори от руки Волдеморта, не верил Гарри Поттеру, не верил собственным словам. Поэтому Дамблдор приказал Гермионе и Рону не появляться пред очи Гарри, а затаиться и подождать, пока Гарри выздоровеет. Гарри тем же временем не скучал, ночами развлекаясь с Лордом Волдемортом в постели. Он уже стал искушенней в ласках, хотя до опыта Волдеморта ему как до луны.
На седьмой день пребывания Гарри учуял запах мяса, тушеного в горшочке с грибами. Он сунул свой нос в остатки еды Риддла и был удостоен величайшей милости, как доесть самые вкусные кусочки. Гарри причмокивал от удовольствия, заряжая Риддла своим проснувшимся аппетитом. Гарри все еще шмыгал от затяжного насморка. Похожего эффекта от лечения получил и Риддл, но благодаря более прогрессивному лечению. К несчастью, аппетит у них был только к мясу, ни каши (Гарри), ни овощи (Риддл) не хотели быть съеденными.
— Мне скучно, — заявил Гарри на восьмой день пребывания в больнице. Персонал отметил, что Гарри уже не пытается оклеветать своего любовника, улыбается и льнет к нему. Профессор Сметвик посчитал прогресс Гарри на свой счет, и теперь в срочном порядке писал диссертацию по поводу лечения нервных болезней своими лекарствами.
— Могу развлечь тебя другим способом, — прошептал на ушко Волдеморт, — только нам нужно добыть оливковое масло.
— Именно оливковое? — огорчился Гарри. — А кукурузное подойдет?
— Подойдет даже подсолнечное, — дуя в ухо, произнес Лорд. Гарри захихикал.
— Сейчас. Двинки! — позвал эльфа Волдеморт.
Немедленно появился домашний эльф Малфоев.
— Что прикажет высокочтимый лорд? — проскрипело ушастое существо.
— Оливковое масло, — распорядился Риддл. — пол-литра.
— Литр, — произнес Гарри. — Короче, Двинки, принеси, сколько сможешь.
Через пять минут Двинки притащил огромную пятилитровую бутыль масла.
— Двинки сколько смог, столько и принес! — гордо заявил домовик.
Гарри засмеялся. Риддл мысленно послал Малфою оплеуху. Столько масла позволить эльфу умыкнуть из дома!
Комментарий к
Автор будет рад комментариям.
========== Часть 3 ==========
Гарри с нетерпением ждал ночи. Он съел неизменную кашу, поковырялся в лордовской тарелке с пудингом и, сев поудобней на кровати, стал плевать в потолок. Сопли у Гарри стали тягучие и, когда Гарри сморкался в неизменное полотенце, оставляли после себя желто-красные следы. Пришлось Гарри в срочном порядке постирать необходимую часть постельного белья. Лорд был избавлен от подобного времяпрепровождения, так как платок Люциуса Малфоя был самоочищающимся. Теперь время казалось длинным и тягучим, как те же сопли.
— Когда этот день закончится? Апчхи! — сморкаясь в полотенце, спросил Гарри.
— Главное, когда отсюда выйти, — произнес Волдеморт. — Апчхи!
Гарри с походкой хищника направился на лордовскую постель.
— Тогда я знаю, как приятно провести время, — шепнул Гарри и вовлек Риддла в тягучий поцелуй.
Профессор Сметвик застал их, когда Гарри пытался засунуть свой язык в рот Волдеморта.
— Кхм, — кашлянул он, и Гарри нехотя отстранился, — я сейчас ухожу. Гарри, не хотел бы ты оставить свою рецензию на мою монографию? Я обещаю упомянуть твое имя рядом с моим.
— Хм, хорошо, — произнес парень, — иду.
Пока Волдеморт ждал своего любовника, прошло два часа. Книжка вскорости надоела, от скуки лорд стал считать овечек, на пятидесятой он заснул. Очнулся он от сладкого поцелуя в губы. Кругом стояла темнота.
— Ну, начнем? — зеленые глаза Гарри сверкали не хуже, чем красные у Волдеморта.
— Сними штаны, — хриплым голосом приказал Волдеморт.
Гарри с себя снял все и встал, обнаженный, посреди палаты. У лорда джинсы стали мгновенно тесными.
— Иди сюда.
Гарри приблизился к кровати и был прижат головой к подушке. Мальчишка замычал, испугавшись быть задушенным, но поцелуи, щедро одариваемые его спине, отвергли такую мысль. Волдеморт задыхался от страсти. Он щедро полил свои руки оливковым маслом и стал втирать в спину ласкательными движениями. Как давно у него никого не было! Но партнер под ним был неопытным девственником, и следовало не торопиться. Когда Волдеморт всунул один палец в задний проход своего любовника, Гарри дернулся и замычал.
— Расслабься, — приказал Лорд и шлепнул по ягодице.
Гарри послушно исполнил приказание. Наконец вошел второй, и Гарри испытал нешуточный дискомфорт.
— Какой ты узкий, — удивленно шептал Волдеморт. — Блаженство!
Гарри вильнул попкой. Лорд снова его шлепнул, на этот раз посильнее.
— Играешь, — сказал лорд.