— Да? — ее большие голубые глаза моргали, и она прикусила нижнюю губу, выглядя как человек, который не хочет пропустить ни одной детали захватывающей истории.
— Дело в том, что я был немного жадным, потому что мистер Арчер уже сказал мне, что он надеялся получить поцелуй от брюнетки. — То, как Финн произнес последнюю часть предложения дразнящим голосом и озорной улыбкой, полностью очаровало Милу.
— Вы из-за этого подрались?
Я подыграл ему.
— Я не могу просто позволить ему украсть у меня женщин, не так ли?
Мила потерла свой маленький носик и на секунду опустила глаза, прежде чем, нахмурившись, подняла голову.
— Я надеюсь, что брюнетке стыдно за себя. Если бы я действительно нравилась мальчику, я не думаю, что пошла бы играть с кем-то другим. Это было бы нехорошо с моей стороны.
— Я бы хотел, чтобы все взрослые женщины были такими же умными и преданными, как ты, Мила, и знаешь, что еще я думаю?
— Что, мистер Арчер?
— Я думаю, что мужчина, которого ты выберешь, когда вырастешь, будет самым счастливым человеком на свете.
— Ты так думаешь? — маленькая девочка сияла, как зажженная рождественская елка.
— Но опять же, Мила… — произнес мягкий голос позади нас, и я оглянулся, чтобы увидеть, что Кайя наблюдает за нами. — Никто вообще не заставляет тебя выбирать мужчину.
— Ааа, — Финн сделал пренебрежительный жест рукой в сторону Кайи. — Как грубо с твоей стороны вмешиваться именно тогда, когда мы индоктринацируем и воспитываем следующее поколение женщин (прим. индоктринация это закладывание определенной идеи в голове человека).
— Что означает индоктринацировать? — спросила Мила и запнулась на трудном слове.
— Это просто модное слово для того, чтобы настроить людей на успех, — объяснил Финн. — Теперь ты пойдешь со мной, милая, и мы поделимся даром индоктринации с остальными девочками, пока мистер Арчер и Кайя будут разговаривать.
— Прежде чем ты что-нибудь скажешь, — сказала Кайя, — я действительно хочу поговорить о том, что произошло, но не здесь, не перед детьми.
— Я понимаю.
— Встретимся в моей комнате в полночь.
Я кивнул.
— Хорошо.
Глава 24
Большой выбор
Арчер
Я почувствовал контраст между горячей кровью, пульсирующей в моих венах, и прохладной водой океана. Мои руки и ноги двигались механически в устойчивом ритме, в то время как мой рот попеременно открывался, чтобы глотнуть воздуха, и закрывался, когда я грациозно скользил по воде.
Был поздний вечер, и на пляже все еще оставалось всего несколько человек. Я должен был быть со своей группой, но моя голова выходила из-под контроля, и мне нужно было время, чтобы подумать, поэтому я спустился сюда, чтобы поплавать.
Прошлой ночью я снова занимался любовью с Кайей. Это было потрясающе, и мы продержались почти два часа, пробуя разные позы, вместе принимая душ, вместе смеясь и наслаждаясь обществом друг друга.
Она и близко не была так расстроена моей ссорой с Финном, как я ожидал. Конечно, она заставила меня пообещать, что я никогда больше не сделаю ничего подобного. Но сегодня, когда прибыли Перл и Хан, Кайя защитила меня перед Перл и взяла вину на себя.
Может быть, это было потому, что она чувствовала себя плохо из-за того, как закончилась наша вчерашняя ночь. Ускорив темп своего плавания, я пронесся сквозь воду, как будто мог двигать руками и ногами достаточно быстро, чтобы отвлечься от своих мыслей.
Она была расстроена тем, что я снова кончил в нее, и на этот раз ее слова были особенно обидными.
— Не забывай, что если у нас будет ребенок, этот ребенок отправится со мной на Родину, когда я вернусь домой через несколько лет.
Моим ответом на ее слова была длинная череда ругательств, которые она в основном пропустила, потому что ушла в ванную. Когда она вышла, я был готов к ней, одет и твердо стоял перед дверью ванной. Скрестив руки на груди, я столкнулся с ней лицом к лицу — потребовал, чтобы она перестала мне так угрожать.
Она набросилась на меня, что ребенка нет и что я слишком остро реагирую, но я достиг своего предела и потребовал обещания, что она никогда не разлучит меня с моим ребенком, никогда.
Теперь я чувствовал себя неловко из-за того, что накричал на нее. Сделав еще несколько гребков, я попытался оттолкнуть все мысли, но я не мог убежать от своих чувств. Я хотел всего с Кайей, но мне надоело быть отвергнутым. Это было похоже на то, что мое сердце разрывалось на тысячу кусочков каждый раз, когда она напоминала мне, что между нами не было ничего, кроме секса. Вначале я думал, что она передумает, как только мы сблизимся. Но она была так же упряма, как и всегда, и теперь у меня заканчивалось время.