Пока Йова Ускокович находился в своей лавке, где лично продавал медный купорос, спирт, молодое вино, шпагат и шнурки, пришла туда весьма молодая дева исключительно из-за симпатичности уважаемого Йовы, а не ради покупки медного купороса, спирта или молодого вина. «Господин Клашня очень симпатичен и хорош во всех отношениях, – говорит девица Пейнович – хотя с вами и с вашей симпатичностью он сравниться даже не сможет, дай Бог здоровья вам и вашей исключительно уважаемой супруге!» «Дорогая девица Пейнович, хотя дела обстоят именно так, как вы говорите, я не могу продать вам полкило медного купороса даже на один филер дешевле!» В это самое время стражмистр Фриган, желая поправить черепицу на своей крыше, упал с лестницы и вывихнул себе ногу. Говорит учитель Йова Станивук: «Некоторые симпатичные, а некоторые неловкие!»
Проклятый пьяницаПроклятый пьяница Йоца Рняк приходит в свой совершенно разграбленный дом без крыши, где дождь капает прямо в тарелку его несчастной жене и трем малышам, также несчастным, и вот он говорит им всем вместе: «Я проклятый пьяница, и нет мне спасения. Все деньги, которые я каким-то чудом заработал, чтобы кормить вас целый месяц, пропил я у проклятого корчмаря Томленовича, лакая сливовицу, которая впрок мне не идет и не нравится мне совсем, а только жжет в животе, как жар!» Отвечает ему на это его несчастная супруга: «О пропащий мой муж, известна мне твоя пагубная страсть к питию ракии, но важнее всего, что ты у нас жив и что тебя не посадили под арест за убийство судьи, или попа, или налогового, а ты с чистыми руками явился в свой убогий дом, а мы уж как-нибудь заработаем новые деньги честным трудом, в ходе которого, возможно, кто-нибудь из нас умре от усталости, но тем не менее и после этого мы покроем свою крышу и вылечим наших детей от страшного кашля!»
В домеГоворит мать Катарина: «Это малое дитя у меня болеет, это большое, восьми лет, уже много чего знает, но вот это среднее, хотя и мужского пола, вообще не понимает, что к чему и по какой причине существует!» Дед Теодор сует маленькому Петру под нос полную ложку сливового повидла и говорит ему: «Вот тебе ложка с голода не умереть!» Приходит слуга Мия Оршич и говорит: «Госпожа, может, вы напишете письма по тем адресам, которые давно пора бы отправить, может, вы детей покормите и посчитаете, сколько мы сегодня потратили, а уж об остальном я сам позабочусь!» Дед Теодор говорит: «Пережили мы завтрак, полдник и обед, еще бы второй полдник и ужин, и все в порядке было бы!» Говорит хозяйка Катарина: «Кто-то утерся совсем чистым полотенцем, и теперь оно черным-черно, руки бы отсохли у такого неряхи!» Служанка говорит: «Мне надо еще те два блюда приготовить, полы вымыть, а потом рухну на кровать как мертвая, так что мне не до того, чтобы о чем другом думать, мне и сны-то даже не снятся!» На это дед Теодор: «Некоторые дни обычные бывают, как сегодняшний, а иной раз праздник нагрянет и еще хуже будет!» Говорит Катарине жена деверя: «Сколько разных вещей в мире есть и их картинок в неких книжках с ценами, я с ума готова сойти!» Говорит ей Катарина в ответ: «А кто тебя заставляет все их перечитывать и запоминать, если в торговых делах последнее слово за твоим бедным мужем, а ты ему даже детей родить не можешь!» Слуга Мия Оршич говорит: «Нет, я все-таки пойду в конюшню, где одни только коровы и лошади, там мне стесняться нечего!»
Береги свою одеждыГоворит инспектор Каузларич учителю Йове Станивуку: «Почему это, дорогой учитель, дети у вас такие немытые, а может, даже и вшивые?» Учитель оправдывается перед строгим инспектором, который подмечает каждое пятнышко на стене и каждую царапинку на парте: «Я им каждый раз об этом говорю, а они никак!» Дед Теодор говорит бедному и вонючему Йоце Рняке, который валяется в канаве: «Хорошо тебе, можешь не слушать дурацких советов из области гигиены и валяться как свинья в грязи, в то время все прочие дома и во всем Грунте вынуждены расходовать воду из дорогих колодцев, а также мыло из лавки моего сына Йовы!»
Лавка«Это лавка, – говорит дядюшка Йова своему племяннику Петру. – Сейчас тебе дядя Йова покажет, что есть что и для чего предназначено! Это поплавок, – говорит он, – а это касса, где лежат деньги, полученные от неких селян и других покупателей. Вот это вверху – коробки со сладкими и солеными хорошими вещами, вполне съедобными, а также гвозди, купорос, которым можно отравиться, но только если лизнешь, веревка, которая для тебя, как для ребенка, тоже опасна, и еще вилы, которые могут тебя насквозь проколоть, потому не смей их трогать, ни сейчас, ни потом!» Тетка Юля говорит: «Бог с тобой, что ты все подучиваешь ребенка, который потом из чистого любопытства станет пробовать все запрещенное, вот помяни мое слово!» Дядя Йова замечает: «Все эти железки, краски, проволоки, куски того и этого, кадки, кастрюли, лампы, керосин, жечь его, как и многое другое, купленное за огромные деньги, дядя Йова как-то кому-то должен продать, причем дороже и за большие деньги, а он и понятия не имеет, кому и как все сплавить!» Говорит тетка Юлианна: «Это тебе на будущее наука, чтобы ты в торговлю не влезал, даже если промотаешь все, что у тебя будет, только бы не нервничать после того, как закупишь порченый и никому не нужный товар!»
Звание