Когда она села в машину, то долго не решалась заговорить и смотрела в окно. Отец хотел было спросить, что у нее с этим рыжим парнем, но передумал. Джейн как будто прочитала его мысли:
— Если ты хочешь спросить про Джорджа, то мы просто друзья, — Джейн решила спрятать свои переживания, поэтому фальшиво зевнула и попросила отца отвезти ее в магазин за тортом, чтобы приехать к маме не с пустыми руками.
Дома все было как обычно: ее светлая комната была такая же уютная, гостиная — теплая, а мама — пахла жасмином. Джейн долго не отпускала своих родителей: рассказывала истории из школы — многое они, конечно, не понимали, но очень радовались за Джейн. Сидели до поздней ночи, в обнимку смотря какие-то передачи.
— Я записала тебя в танцкласс, его можно посещать с понедельника, — сказала мама, перебирая волосы Джейн.
— Я так по этому соскучилась, мама! Но я писала тебе, что на Святочном балу у меня было сразу три кавалера — с каждым удалось красиво потанцевать. Твое платье произвело такое сильное впечатление. А Джордж вообще потом начал меня преследовать… — Джейн рассказывала маме всё подряд, умалчивая лишь про серьезные и трагические моменты: не к чему знать про смерть ученика или возрождение опаснейшего волшебника. Мама участливо выслушала все, не перебивая, но заметила, что упоминание этих двух юношей: Драко и Джорджа очень сильно волнуют ее дочь.
Засыпая, Джейн вспоминала близнеца и его слова. Джордж так прощался, как будто между ними навсегда встала непреодолимая пропасть. Фред просил ее в начале года ни на что не рассчитывать? Так вот, ничего у нее не вышло.
***
Первую половину каникул Джейн не отказывала себе в удовольствиях обычной магловской жизни: катание на велосипеде, танцы, утренние пробежки, встреча рассветов, один раз даже поехали на побережье, откуда Джейн привезла ракушек, загар и красивые фото в купальнике.
Но периодически она читала и газету волшебников «Ежедневный пророк», в которой обратила внимание на странные статьи про Гарри и профессора Дамблдора: сначала это были невинные заметки про старость или трагическую судьбу Мальчика-Который-Выжил, но с каждым выпуском нападки становились все жестче. Джейн созванивалась с Гермионой, чтобы обсудить текущее положение вещей — одно стало ясным — в дело вступила политика Министерства магии. Вскоре Гарри стали называть лжецом, и это нельзя было изменить.
Помимо всего этого, Джейн переписывалась с Фредом Уизли: он придумывал новые «вредилки», присылал ей макеты и формулы, а она по вечерам корректировала то, что считала опасным, предлагала свои варианты и переписывала аккуратным почерком рецепты снадобий и смесей. Для нее стало неожиданностью, что они начали делать настолько сложные и дорогие вещи — у них появились деньги и, кажется, много денег. Фред на ее прямой вопрос заявил, что расскажет все лично в, цитата: «Его офисе на втором этаже». Джордж неизменно передавал привет, но не написал ни одного письма. Только на ее День рождения она получила открытку, подписанную его рукой, и пакет мятной нуги. Нереально большой пакет.
Драко поддерживал связь, присылая открытки из стран, в которых он путешествовал. Лишь с Анджеем девушка переписывалась, радуясь его новой карьере — загонщика в польской команде по квиддичу.
Все шло так естественно, что Джейн плыла по течению, просто радуясь каждому дню. В один из вечеров в конце июля она гуляла одна в сквере, наслаждаясь наступившей тишиной. Села на лавочку и закрыла глаза, как вдруг какое-то подозрительное движение в воздухе заставило ее резко оглянуться. К своему удивлению она увидела профессора Дамблдора, который приближался к ней спокойным прогулочным шагом. Он сел рядом и улыбнулся:
— Доброго вечера, мисс Барлоу, чудесная погода, вы не находите? — будничным тоном спросил он, оглядывая пустынный сквер.
— Д-доброго, профессор, — пролепетала Джейн. — Очень рада вас видеть.
— Взаимно. Хочу поблагодарить за смелость в конце учебного года, если бы вы не заметили, что Гарри пропал, возможно, было бы поздно. Гриффиндор действительно ваш факультет.
Джейн молчала. Потом собралась с духом.
— Благодарю профессор, но, это невежливый вопрос, конечно, но что вы здесь делаете?
— Ах, прости мне мою память, я уже старый человек, — директор Хогвартса тихо засмеялся. — Я хотел спросить тебя, Джейн: ты одна из близких друзей Гарри Поттера и семьи Уизли, а также Гермионы Грейнджер. Думаю, ты понимаешь, что эти люди всегда будут идти против Волан-де-Морта? — он внезапно перешел на серьёзный тон.
— Да.
— И они пойдут до конца, даже умрут, но не предадут своих друзей?
— Да-а, — Джейн становилось не по себе.
— Если ты вступишь в борьбу с сильным и опасным черным магом ради своего будущего и будущего всей Англии, отступишь ли ты перед очевидной смертельной опасностью?
Джейн задумалась: от таких вопросов становилось жутко, ведь они были совершенно непраздного характера. Готова ли она защищать своих родных и друзей?
— Нет, я не отступлю, — твердо сказала Джейн.
— Чудесно. Тогда рекомендую собирать вещи: скоро с вами свяжутся.
— Но, сэр, почему вы лично пришли ко мне это спросить?
— Мне захотелось погулять по этому прекрасному скверу. Настоящее чудо, что встретил здесь вас, мисс Барлоу. Доброй ночи.
Профессор Дамблдор поднялся с места и вздохнул: его величественная высокая фигура виднелась в свете фонарей. Но один миг и фигура исчезла. Джейн долго сидела, обдумывая этот странный разговор: она никогда не разговаривала с профессором, чтобы так просто поболтать с ним поздно вечером в сквере о борьбе с Темным Лордом. Когда девушка вернулась домой, то ее уже ждала мама, которая спросила, поедет ли погостить к семье Уизли?
***
Первого августа Джейн собрала все необходимые вещи: была вероятность, что она домой не приедет уже до следующего года. С огромным чемоданом, магловскими деньгами для обмена в банке Гринготтс и чахлой метлой, которую она купила еще на третьем курсе, девушка села в машину отца. Он отвез ее до деревни Оттери-Сент-Кэчпоул, где их встретил Артур Уизли. Джейн еще полчаса стояла и ждала, пока мистер Уизли рассмотрит устройство карбюратора и двигателя.
Чем ближе она была к дому Джорджа, тем больше она нервничала, понимая, что сама загоняет себя в ловушку: ему уже семнадцать и, как она поняла, заканчивать школу они с Фредом не хотят — только слезы и уговоры их матери заставили близнецов остаться на последнем курсе. А если он уедет, можно забыть про Джорджа навсегда — у него начнется новая жизнь. И тогда о чем они будут говорить? О домашних заданиях и школьных обедах?
Когда она зашла во двор, солнце светило уже высоко в небе. Было так жарко, что даже садовые гномы вылезли из своих нор понежится на солнце, спокойные за себя — никто не выгонит их из сада. Мистер Уизли помог Джейн донести чемодан до входа в дом, а там уже позвал мальчиков на помощь. Миссис Уизли вышла встретить девушку.
— Мы так рады видеть тебя, дорогая. Скоро будет обед, поэтому можешь пока отдохнуть в комнате Джинни. Гермиона приехала пару дней назад.
— Спасибо большое за приглашение, миссис Уизли.
Когда Джейн вошла в прихожую, Рон пришел помочь ей занести чемодан в комнату сестры. Поблагодарив его, девушка тихонько прошла мимо комнаты близнецов, в которой она уловила какие-то шорохи. Но едва открыла дверь к Джинни, как та набросилась на нее с криками:
— О, я так рада! Гермиона, Джейн приехала! — кричала рыжеволосая.
Гермиона лежала на небольшом раскладном диване, держа в руках книжку. Увидев подругу, она поднялась обнять ее. Девочки радостно болтали о летних каникулах, Джейн рассказала про встречу с Дамблдором — оказалось, что к Гермионе он тоже приходил, а потом отправил к семье Уизли.