Ю.Эдлис
Опыт состоит в усвоении простой истины, что на него не следует полагаться.
Ю.Эдлис
В любом искусстве лучший учитель — опыт.
Сервантес
Ремесленник и настоящий художник как раз тем и различаются, что один знает свои возможности, а другой — нет; вот почему одно занятие беспроигрышно, другое — безмерно опасно.
Д.Фаулз
- Что значит «дело техники»?
- А помните, не знаю, где это было... «Недолгое счастье Френсиса Макомбера» или «Снега Килиманджаро» у Хемингуэя? Там у героя гангрена, он умирает. А нога у его воняет, на эту вонь прибежала гиена. Вот он лежит в палатке и вспоминает довольно скучные вещи. Как он любил и так далее. И вот автор, когда он чувствует, что упускает читателя, он сразу ввязывает в дело гиену. мы сразу настораживаемся. А потом опять идет нудятина, как он жил, любил. Не особенно интересно, а потом опять гиена. Вот это и есть писательская техника.
Ч.Амирэджиби
Есть определенные профессиональные требования к написанию книги, аналогичные тем, что необходимы для писания картин, для хореографического выступления или сочинения струнного квартета.
Э.Сифтон
Из чего складывается рабочий день писателя? Прежде всего, вы погружаетесь в мир, созданный вашим воображением. Пока населяющие его персонажи говорят и действуют, вы все это записываете. И что дальше? Покидаете свои фантазии и читаете написанное, стараясь анализировать: «Хорошо ли это? Работает ли? Если нет, то почему? Следует ли мне убрать этот момент? Или что-то добавить? Может быть, изменить порядок?» Вы чередуете письмо и чтение, творчество и критику, порыв и логику, работу левого и правого полушарий мозга, придумываете новое и улучшаете уже сочиненное. И качество того, что вы переписываете заново, степень совершенства, зависит от уровня владения профессией, который и помогает исправлять недостатки. Художнику никогда не следует подчиняться внезапным порывам; он сознательно использует свое мастерство, чтобы достичь гармонии интуиции и замысла.
Р.Макки
Правильный путь такой — усвой то, что сделали твои предшественники, и иди дальше.
Л.Толстой
Все традиционные правила повествования нарушены в этом чудесном рассказе в двадцать примерно страниц («Дама с собачкой» А.Чехова). Здесь нет проблемы, нет обычной кульминации, нет точки в конце. Но этот рассказ — один из самых великих в мировой литературе.
Повторим теперь некоторые свойства, присущие этому и другим чеховским рассказам.
Первое: история излагается самым естественным из возможных способов, не после обеда, возле камина, как у Тургенева или Мопассана, но так, как рассказывают о самом важном в жизни, неторопливо, не отвлекаясь и слегка приглушенным голосом.
Второе: точная глубокая характеристика достигается внимательным отбором и распределением незначительных, но поразительных деталей, с полным презрением к развернутому описанию, повтору и подчеркиванию, свойственным рядовым писателям. В любом описании каждая деталь подобрана так, чтобы залить светом все действие.
Третье: нет никакой особой морали, которую нужно было бы извлечь, и никакой особой идеи, которую нужно было бы уяснить. Сравните эту особенность с тенденциозными рассказами Горького или Томаса Манна.
Четвертое: рассказ основан на системе волн, на оттенках того или иного настроения. Если мир Горького состоит из молекул, то здесь, у Чехова, перед нами мир волн, а не частиц материи, что, кстати, гораздо ближе к современному научному представлению о строении вселенной.
Пятое: контраст между поэзией и прозой, постоянно подчеркиваемый с такой проницательностью и юмором, в конечном счете оказывается контрастом только для героев, мы же чувствуем - и это опять характерно для истинного гения, - что Чехову одинаково дорого и высокое, и низкое; ломоть арбуза, и фиолетовое море, и руки губернатора - все это существенные детали, составляющие «красоту и убогость» мира.
Шестое: рассказ в действительности не кончается, поскольку до тех пор, пока люди живы, нет для них возможного и определенного завершения их несчастий, или надежд, или мечтаний.
Седьмое: кажется, что рассказчик все время изо всех сил стремится подметить детали, каждая из которых в иной прозе указывала бы на поворот в развитии действия: например, двое гимназистов в театре могли бы подслушать объяснение, и пошли бы слухи, или чернильница могла означать письмо, меняющее течение рассказа. Но именно потому, что эти мелочи не имеют значения, бессмысленны, они крайне важны в создании атмосферы именно этого рассказа.