Хватило горькой от соли воды да пучка водорослей. Сегодня переменчивое море близ Эйфемии было милосердно, но, кажется, не то чтобы прицельно точно. Во всяком случае, я все еще была жива. Дышала, слышала и чувствовала.
Поскольку мое собственное тело однозначно покоилось на дне Соломенной лагуны, куда-то мое сознание все же попало. Я рассчитывала на принцессу Гунивер, но она никак не могла делить с кем-то постель. Ведь не могла же?!
Руки, откинувшие одеяло, принадлежали не мне. Слишком тонкие пальцы, холеная светлая кожа, по-птичьи хрупкая косточка у запястья. Аккуратные ногти, отполированные цветным порошком. В полумраке я не видела, каким именно, но неестественная, какая-то стеклянная гладкость бросалась в глаза. Так за руками ухаживали высокородные дамы, которым было куда важнее выглядеть безупречно, чем сберечь ногти, если вдруг понадобится мыть посуду и стирать белье.
Что ж, по крайней мере, я не так уж далека от цели, а если добраться до окна, то можно даже определить насколько.
С кровати я сползала почти не дыша. Тела, привалившиеся ко мне с обеих сторон, немало усложняли задачу, но я все же справилась – выбралась из-под одеяла, никого не разбудив, и первым делом заглянула за бархатную штору. Увы, особой ясности вид из окна не привнес: какой-то крошечный сад с беседкой в самом центре окружали серые каменные стены. Напротив виднелись массивные дубовые двери, и горшки с пышно цветущей геранью высились по обе стороны от них, будто почетный караул. Чье бы тело я ни заняла, особую свободу передвижения его настоящей хозяйке предоставлять никто не спешил.
– Ваше Высочество? – сонно окликнул женский голос.
Я вздрогнула и обернулась. Все-таки «Высочество», да еще Мое, – значит, я попала именно туда, куда собиралась?
Потревоженные шторы впустили в спальню приглушенный утренний свет. На широкой кровати под балдахином обнаружились две девицы вполне благопристойного вида: в белоснежных сорочках с наглухо застегнутыми воротниками и одинаковых чепцах для сна. Я сильно подозревала, что одета как их родная сестра.
Фрейлины? Во всяком случае, точно не обычная прислуга.
– Еще так рано, – страдальчески протянула девушка, проснувшаяся первой, и потерла глаза.
Вторая, по всей видимости, была всецело с ней согласна, но пока могла только бессмысленно пялиться вверх, соображая, где она и что происходит. Я была готова к ней присоединиться, но, к счастью, настоящая хозяйка тела все еще была тут – и, кажется, пока не придала значения своей лунатической прогулке по спальне.
– Мне приснился плохой сон, – виновато отозвалась она хорошо поставленным, мелодичным голосом.
Ощущение было странным. Как будто кто-то чужой говорит моим ртом.
Интересно, чувствовала ли принцесса Гунивер мое вторжение так же? Словно кто-то управляет ее телом, как марионеткой?..
– Я принесу воды для умывания, Ваше Высочество, – сомнамбулически пробормотала вторая девушка и поднялась с постели, так и не придя в сознание.
Первая тоже встала, но первым делом отдернула шторы и вооружилась массивной щеткой для волос. Принцесса, ни о чем не спрашивая, пересекла спальню и уселась перед туалетным столиком: по всей видимости, утренние ритуалы у фрейлин были отработаны так, что дочери древних семейств вполне могли повторить все положенные действия даже во сне. Чем, вероятно, прямо сейчас и занимались.
25.10.2024
Гунивер, в общем-то, тоже не являла собой образец бодрости. Ее не интересовала ни обстановка спальни – еще бы, уж хозяйка-то и так знала, что здесь где! – ни собственное отражение в непомерно большом зеркале. Я же впервые видела и принцессу вблизи, и зеркало такого размера и умирала от любопытства, но больше не рисковала перехватывать контроль. Попасться так глупо в мои планы не входило – можно же дождаться чего-нибудь поинтереснее.