К тому моменту я была морально сломлена и подавлена драконом, полностью управлявшим мною. Только когда принцессе исполнилось шестнадцать лет, я впервые почувствовала, что могу загнать наглого зверя глубоко в подсознание и сама управлять его чешуйчатым телом. Но к тому моменту уже так многое случилось…
В тот день, когда, совершенно неожиданно я поняла, что внутренняя зверюга отступила под моим напором, от счастья я чуть не лишилась рассудка снова! Тебе не понять, что такое жить восемь лет на задворках собственной жизни. Не понять, и не пытайся! Но с того момента моей целью стало вернуть свое тело, во что бы то ни стало. Я не собиралась заканчивать свой век не просто в чужом мире, так еще и в зверином теле!
Знаешь ли ты, как сложно было раздобыть хотя бы крупицы информации? Вряд ли ты можешь такое даже вообразить. Я же все еще оставалась чертовым монстром с чешуей! Ни о каких библиотеках и разговорах с мудрецами и речи не шло! Кроме того, за восемь лет дракон умудрился сформировать о себе у окружающих соответствующее мнение, как о жестоком, неуправляемом животном. Не стоило и надеяться, что кто-то будет пытаться увидеть во мне хоть зачатки интеллекта. И, все-таки, я попыталась. Очередная ошибка с моей стороны.
Мои неловкие потуги показать наличие разума лишь зародили подозрения в Брунгильде. С этого дня подлая шпионка стала следить за мной особенно тщательно, что еще больше усложнило мне процесс. Прячась от нее по укромным уголкам дворца я и нашла тайную комнату. Но все равно, не вызывая подозрений заняться самообразованием и поиском путей в свой мир было практически невозможно. Фрейлина обрастала подозрениями и сомнениями. Поделилась ими с Великим Магистром и придворным лекарем… Как ни странно, это меня и сдвинуло с мертвой точки.
Пока я усиленно изображала из себя неадекватного ящера, ученые мужи, не стесняясь неразумной твари, обсуждали прямо при мне имеющиеся варианты смены внутреннего содержания людей и не людей, отвергая их один за другим и все более убеждаясь, что Брунгильда зря подняла панику. А я услышала, наконец, сразу несколько вариантов для дальнейшего поиска. И один из них был наиболее приемлем.
Артефакты! Мир просто кишит ими. Есть артефакты практически для всего. Осталось найти тот, который мог бы мне пригодиться. Нужно было только понять, где искать и как его определить. А тут еще Великий Магистр к слову обмолвился о том, что вообще-то опасения Брунгильды можно было бы принять во внимание, если вспомнить, что именно он сам сделал и активировал артефакт защиты наследников. То есть, если наследникам угрожает смертельная опасность, то срабатывает заклинание, скрывающее детей в другом мире, пока не исправится ситуация. Но ведь, вроде, принцесса в последнее время ни в какие неприятности с угрозой для жизни не попадала, кроме того случая с гибелью ее брата? А тогда малышка вполне благополучно была спасена. Да и книга, которую, как маячок, разместили в безопасном мире, все еще там. Значит и этот вариант отпадает!
Но я отметать этот вариант даже не собиралась. Итак, лично мне все сразу стало ясно.
Значит, магистр по указу Короля обезопасил малышей на случай войны и подготовил им удобное местечко в моем родном мире. В качестве маячка, закинул туда книжку, такую, чтоб не очень внимание привлекала. А подлая фрейлина, явно оказавшаяся заграничным шпионом ( или просто идейным врагом?), решила от детей избавиться. Мальчика столкнула в пропасть, а девочку перекинула в другой мир, но так, чтобы никто об этом не узнал и искать ее не кинулся! Ребенок там даже письмо с криком о помощи прислать не может. Так что, проблема решена! Вражеская лазутчица-то, однозначно, решила в драконе только дракон и остался! Она и не подозревала, видимо, что вместо принцессы в животное чью-то безвременно погибшую душу перекинет! А как начала разум в зверушке подозревать, заволновалась и побежала по специалистам. Мол проверяйте, может это и не принцесса совсем. А если самозванка, то и казнить дракона не жалко! Далее был просто вопрос времени, как скоро она убедит окружающих в том, что меня нужно подвергнуть тщательной проверке с последующим уничтожением. Времени у меня, судя по всему, было не много.