— Простите, что опоздал! Там жуткие пробки, кто-то снова пьяный на встречную вылетел… — Валера удивился и остановился на половине предложения, но уже в следующую секунду ласково прижал к себе сына, который без лишних слов бросился обнимать любимого папу, едва тот начал говорить. — Я тоже рад тебя видеть, сынок.
Пелагея продолжала стоять в стороне. Карими глазами она смотрела на новый имидж своего бывшего мужа. Так ею любимые блондинистые волосы Валера покрасил на концах в ярко-розовый цвет. Почувствовав ее взгляд, мужчина открыл глаза, а Пелагея в который раз убедилась, что такие глубокие голубые глаза есть только у него и их сына. У всех ее друзей глаза были мутного, непонятного оттенка или очень тёмные, которые кажутся практически чёрными в моменты злости или опьянения. Зато у Миши красивые каштановые волосы, с гордостью отметила в мыслях Пелагея, вспоминая свои волосы до покраски. Тогда они не казались ей красивыми, а сейчас уже почти невозможно вернуть их настоящий цвет. Да и зачем пытаться, все же красят волосы…
— Как дела? — И, не дожидаясь ответа, неопределенно махнула рукой. Пелагея решила, что у неё нет времени на глупые вежливые разговоры, которые так нравятся Валере, поэтому наскоро попрощалась с Мишей и мужчиной, после чего спешно их покинула.
— Она со всеми такая или я ужасно особенный?
— Пап, она просто спешит очень, — Миша слегка робел и волновался в присутствии своего папы, потому что не так часто общался, как хотелось бы.
— Так я не особенный? — Увидев растерянный взгляд сына, Валера от души посмеялся. — Не переживай, я не обижаюсь. И куда же она так спешит?
— Мы встретили по дороге Драгомилу, они собрались вместе отдохнуть, — на этих словах, мужчина нахмурился. Он не одобрял образа жизни, который вела его бывшая супруга. — Не переживай, она часто с ними видится, поэтому можешь не переживать, всё будет хорошо!
— За твою маму я буду переживать меньше всего, потому что она умеет за себя постоять! — Валера изобразил притворный испуг, поднимая руки и кривя лицо, отчего Миша искренне засмеялся, и напряжение, сковывающее его вначале, пропало. Довольно улыбаясь своей удавшейся задумке, мужчина спросил уже обычным тоном. — Как твои дела? Что нового расскажешь? Как тебе книга, которую я тебе давал? Про пиратов, помнишь? Можем зайти в книжный магазин, если хочешь.
За окном было очень солнечно. Летний день обещал быть приятным. В комнате было прохладно, благодаря открытому окну. Легкую белую занавеску колыхали ветки деревьев, которые без труда доставали до их второго этажа. Листья на ветках были насыщенно зеленого цвета. Такие сочные, что хотелось прикоснуться и проверить, если сжать листик, из него пойдет зеленый сок?
— Аристарх! — Женский голос звучал нежно, но в нем чувствовалась какая-то властность. Настойчивая нежность. — Ты уже решил задачу по математике?
Мальчик вздрогнул, когда понял, что засмотрелся на листья деревьев и совершенно забыл про задачки. Матушка будет недовольна. Он обязан каждый день решать по двадцать математических задачек, чтобы держать мозг в тонусе, как говорит матушка.
— Я почти закончил!
Аристарх принялся за задачу и решил ее за несколько минут, как раз перед приходом матушки. За ней шлейфом тянулся аромат утки в маринаде из свежих ананасов и апельсинов. Мальчику стало интересно, получится ли у него хоть раз попробовать эту утку горячей, а не искать на оставленных косточках кусочки мяса, которые пропустили гости за светской беседой.
— Давай проверю, — женщина вытерла руки о фартук, надетый поверх изящного платья, и взяла тетрадь сына. —Так, давай посмотрим, что тут у нас.
Аристарх терпеливо ждал ответа, но он был всегда один.