И, когда под утро я просто вырубилась, Алекс не поцевал меня в лоб, как делал это обычно. Но будучи вымотанной, я не особо обратила на это внимания. А надо было, ведь это был первый звоночек, который стал сопутствующей мелодией моему падению.
Глава 6.
Я смотрела на пачку таблеток в руках и задумалась буквально на секунду. Они были лучшего качества и никак не влияли на моё здоровье, но маленький, совершенно крохотный червячок сомнения кусал изнутри. Алекс в том возрасте, чтобы завести детей; ему нужно иметь наследников. И не смотря на то, что наши отношения хоть чуть-чуть но потеплели, сейчас не самый подходящий момент. Однако я представила наш возможный родительский период и рассмеялась. Это определённо будет весело.
Вторая тема, которая не хотела отпускать меня вплоть до завтрака, была касательно Станислава. Его слова больше не казались таким уж бредом неуравновешенного человека. Если он что-то и знает, то это может разрушить все, над чем мы с Алексом трудились в последние месяцы. Доверие. Это хрупкая вещица, которая стоит дороже всех бриллиантов. Стоит только треснуть, как все покатится в преисподнюю. И может ли моё любопытство быть настолько дорогим?
— Дорогая, у тебя есть какие-нибудь планы на сегодняшний день? – спросила меня Виктория, делая глоток чая. Поднимаю голову и смотрю на женщину, щекой ощущая прожигающий взгляд Алекса, — Скоро свадьба сына Хорхе Мартинеса, Марио. Нам надо подготовиться, и найти подходящие наряды для этого мероприятия. Надеюсь, ты найдёшь лишнюю минутку для меня сегодня, Элис?
— Скоро?! – Грейсон поднимает голову и действительно ошеломленно поднимает бровь. — Она в начале июля, мама, а сейчас на дворе едва конец мая. Если вы начнёте готовиться сейчас, мне страшно представить, что нас ждёт на самой свадьбе. Собираетесь затмить саму невесту?
— Прекрати паясничать! – женщина стрельнула глазами в младшего сына, который никак не устрашился. И, судя по огорченному вздоху, раньше этот трюк всегда мог воздействовать на Грейсона. — У нас, женщин, всегда больше хлопот, чем у вас. Ко всему прочему, нам стоит обратиться к донье Карле и уточнить дресс-код. Найти подходящее платье, украшения, придумать причёску. А ещё нам с невесткой стоит получше узнать друг друга.
— Кто такие Хорхе и Карла? – спрашиваю тихо, все еще не в силах привыкнуть к этой семье. Прошло столько времени, а я все робею перед ними, будто первоклассница. Будто я не член их семьи, а простая домработница, как Анна. Хочется стукнуть себя по затылку и прийти в себя, однако моя храбрость заканчивается на дерзости Алексу и той же Анне. Почему я вообще упоминаю этих двоих в одном предложении?
— О-о-о, невестка, ты не знаешь наших испанских мафиози? – загадочно протянул Грейсон, позволив тёмному огоньку просочиться сквозь серую роговицу глаз. Прищуриваюсь, посылая деверя куда подальше, на что последний озорно подмигнул.
— Грейсон, манеры! – вспыхнула его мать, промокнув губы салфеткой. Тихие смешки Алекса и моего свекра послышались с обеих сторон. Грейсон зыркнул на них обоих, — Хорхе и Карла Мартинес уважаемая испанская семья, одни из наших главных партнёров в Европе. Их сын женится в июле этого года на Пауле Гомес, дочери не менее важного партнёра из Испании. – Виктория сделала акцент на слове "партнёр", бросив осуждающий взгляд на младшего сына.
— Партнёры по доставке запрещённых веществ. – нараспев произносит Грейсон, достойно отвечая на возмущенный взгляд матери. — Ты не можешь поспорить с этим, мама. И с тем, что они мафиози тоже не особо. Мартинесы самая скрытая группировка, выжившая за счёт своих экономических приоритетов. Они не убивают людей, не вмешиваются в политику и стараются иметь дружеские отношения со всеми остальными. Весьма выгодная тактика, по сравнению с Трапани. – то, с какой легкостью он обсуждает самих мафиози начинает меня действительно беспокоить. Если раньше эти организации казались чем-то далёким, то сейчас их существование стало частью и моей жизни. — Слышал, его сын недавно начал обучаться боевому искусству. Сколько ему, пять?
— Ты не в праве осуждать выбор Дона, Грейсон. – подал голос молчавший до этого момента Джонатан. В комнате на секунду стало прохладно, точно свекр умел управлять самой температурой, от чего я непроизвольно придвинула стул к Алексу. Он был единственным в комнате, кто не изменился в лице; его совершенно не задела резкая смена тона в разговоре. — Если у тебя будет сын, ему придётся так же учиться самообороне с самих пелёнок, ибо этот мир безжалостный. Не научишь его с детства давать отпор, будешь винить себя всю жизнь за его слабость.