— А во что веришь ты? – спрашиваю уже спокойнее, усаживаясь в кресло, желая держать дистанцию.
— Я верю в то, что выгода от инвестирования в Сингапур будет значительно превышать затраты. Я верю в то, что знания полученные в университете ничто по сравнению с жизненным опытом. А ещё я верю в то, что брак с тобой весьма неплохая идея, даже если она была предложена не мной. Люди больше верят не одинокому мужчине, у которого едва ли не каждый день новая любовница, а примерному семьянину, который чтит все моральные ценности. Ты же, – он склонил голову набок, слегка улыбаясь, — Красивая девушка, которая умеет расположить к себе. У тебя добрая душа и высокие амбиции, а в соответствии с сильным характером многие будут видеть в тебе женщину, способную воздействовать на меня и мои решения. Поэтому, доверие ко мне и моей компании значительно возрастет.
— Я похожа на призовую лошадь? – вспыхиваю мгновенно, следя, как серые глаза впервые за время нашего знакомства, закатились. Алекс закатил свои глаза. Это ни в какие ворота не влезает! — Если мне не хочется всего этого? Вдруг я захочу как раз ту любовь, которой славятся браки нормальных людей?!
— Я не запрещаю влюбляться в меня. – этот разговор, по видимому, порядком ему надоел, но он терпеливо объясняет мне все, — В конце концов, теперь я твое будущее, и ненависть твоя не будет длиться вечность. – Алекс вновь тяжело вдохнул, вставая. Моментально напрягаюсь, особенно, когда он обходит моё кресло и нависает сверху, обдавая кожу горячим воздухом. — Если тебе от этого легче, ты мне нравишься. Я разве не говорил, что ты безумно красивая?
— Господи, хватит! – выдыхаю болезненно и встаю, разворачиваясь к нему всем корпусом. — Ты это специально делаешь? Манипулируешь моим сознанием! Сначала отталкиваешь, потом вновь приближаешь. Это ведь тактика из психологии. Хочешь сделать меня зависимой от себя? – закусываю губу от обиды, — Так вот знай, что у тебя это получается! Ты бросил меня на неделю! Оставил разбитую, а я все равно скучала по тебе. Общение и даже ссоры — черт возьми, особенно ссоры — с тобой стали моим жизненным кредо. Я постоянно ищу оправдание твоим действиям, а это уже не нормально, Алекс! Я ведь никогда не была такой истеричкой прежде. Твои игры с моим мозгом привели к такому результату. Теперь кричать и плакать для меня стало самым элементарным занятием. Как по щелчку пальцев! Твои слова причиняют мне боль, а поступки ломают изнутри! Я не хочу быть такой. – уже не сдерживаюсь и плачу навзрыд, — Пожалуйста, я тебя умоляю, Алекс. Если ты не можешь меня полюбить, то хотя бы преврати эти отношения в сказку. Потому что мне кажется, что ещё немного и просто придётся лечь в психушку. – закрываю глаза, восстанавливая силы перед финальным аккордом, слегка страшась возможной реакции. Наверное по этой причине, мои глаза предпочитают гипнотизировать пол, нежели смотреть прямо на причину своей истерики. — Ты мне должен. – буквально вижу, как его брови выразительно изгибаются. — Я выиграла пари в ту ночь, и ты задолжал мне одно желание. Забудем наши прошлое, начнём с чистого листа, как настоящие муж и жена. Давай создадим иллюзию, будто все возможно? Пожалуйста.
Замолкаю слегка пораженная, что посмела потребовать такое от самого Александра Андерсона. Но сделанного не воротишь, поэтому остаётся только терпеливо ожидать своего приговора.
И становится слишком тихо.
Алекс молчит. Я слышу только удары своего сердца. Кожа трепещит от них, но ноги героически выдерживают тело. Очень хочется схватиться хоть за что-то, лишь бы слегка облегчить эту эмоциональную нагрузку. Однако продолжаю притворяться статуей. Авось буря минует так и не коснувшись меня.
Надежда умирает, как только Алекс начинает двигаться и уже в следующую минуту мой подбородок оказывается плененным его пальцами. Встречаю внимательный взгляд, стараюсь не показывать все то отчаяние, которое сжигает меня изнутри. Кажется, получается весьма скверно. Но это не мешает Алексу медленно наклониться, следя за моей реакцией, и прикоснуться к моим губам в осторожном, практически неощутимом поцелуе. Мои глаза увеличиваются от странной смеси удивления и возбуждения. На секунду захотелось засмеяться вслух, от резкой смены темы и настроения, хотя я с трудом сдерживаюсь. Поступи я иначе, скорая помощь уже точно была бы на подходе.
Одна ладонь Алекса обвивает мою талию, губы вновь встречаются с моими, поражая мягкостью и нежностью поцелуя. Открываюсь навстречу, сплетаясь с его языком в трепетном танце, не в силах принять реальность. Можно ли посчитать этот поцелуй за его соглашение на мою просьбу?