-Теперь ты будешь послушным, — легкое движение пальцев, напитанных зеленоватым светом, — и из маски вновь раздаются приглушенные вопли боли, слышимые лишь Виктором, — а иначе, успеешь пожалеть, что не занял его место целиком!
Тыкнув напоследок в обезображенный труп без рук, ног и головы, фон Дум элегантно поправил плащ, удовлетворенной походкой направившись в сторону уцелевшего транспорта. Пускай пилот и охрана были мертвы, а часть оборудования не подлежит восстановлению. Он не какая-то богатая неженка. Починит, сам сядет за штурвал и долетит до нужного места!
(Если кто не знает. Шутка про подружку Отто, это отсылка на «Kinder, Küche, Kirche» («дети, кухня, церковь»), — немецкое устойчивое выражение, описывающее основные представления о социальной роли женщины в германской консервативной системе ценностей.)
Глава 32
Маска заползала на лицо, постоянно сбиваясь и грозя перекрыть обзор. Приходилось её постоянно поправлять, но хрупкая женская фигурка делала это с заливистым смехом, регулярно выполняя процедуру.
Раскинув руки в стороны, девушка позволила паре светлых прядей выскочить из-под капюшона, разлетаясь по ветру и создавая образ шлейфа.
С огромной скоростью, недоступной простому человеку, она бежала вертикально по стене, с восторгом поглядывая на улицы города, раскинувшиеся справа от себя.
Ноги без опаски несли её вперёд, пока сама Гвен никак не могла унять восторг и улыбку, что постоянно рвались наружу, выплёскивая на округу слегка безумный женский смех.
Это было потрясающе. Сила, ловкость, способности и невероятная жажда действия. Всё так захлёстывало с головой, отчего вот уже который день адреналиновая наркоманка носилась по крышам Нью-Йорка, каждый раз придумывая новый способ проверить свои способности.
Ужа давно за боротом остались оправдания для подобных безумств. Сейчас Стейси честно могла признаться себе, что ей просто нравится чувство легкости и свобода, что подарил ей маленький паучок, больно укусивший за палец.
В тот злополучный день она хотела крушить и рвать. Металась из угла в угол, не в силах унять боль в руке, что огнём растекалась по венам, даря «незабываемые» впечатления... Но сейчас.
«Господи, если бы не грохнули паука, я бы его расцеловала!».
Наплевав на страх, воодушевленная мыслью, девушка совершила сальто, легко вставая обратно на стекло высотки. Ни одного лишнего движения, ни секунды на страх или оценку действия! Лишь рефлексы и желание, что толкали дальше.
-А теперь самое классное!
Ускорившись, она оттолкнулась от края, пуская тело в свободный полёт. Заливисто, по-детски смеясь, Гвен расправила руки, позволяя потокам воздуха ударить в лицо. Где-то внизу слышался гул машин, голоса людей и прочие мелкие звуки большого города, но она их не слышала. Лишь ветер в ушах и волосах, что шептал о долгожданной свободе от всех проблем и бед. Прошла былая скромность, ушли страхи и смущение.
Сорвав подобие маски с лица, девушка поджала колени к груди, закручиваясь волчком, мешая самой себе понять, где верх, а где низ. А после, доверившись чутью, выстрелила из руки паутиной, пришпиливая её к ближайшему зданию.
Инерция, разгон и сила собственных рук взметнули легкое тело на добрые полсотни метров вверх, по параболе поднимая орущую от восторга Гвен.
Кто-то оборачивался ей в след, тыкал пальцами или пытался заснять на телефон. Но юркая точка уже удалилась, прячась среди крыш домов, скрывая своё довольное лицо.
-Это! Просто! Ахуенно!
Ругаясь, она не переставала бежать, оставляя за спиной преграды и собственные проблемы.
-Ю-ю-ю-ху-у-у-у!
Новый прыжок и вновь паутина не подвела, выстреливая в соседний дом, унося Стейси с заполненных улиц вглубь города, туда, в сторону родного дома.
За спиной мелкой адреналинщицы оставался настоящий след из «хлебных крошек», вяло трепыхаясь на ветру. Она стреляла паутиной в любую точку, подтягивая себя, толкая и просто закручиваясь на месте, используя дарованные способности самым разным способом.
Скача по зданиям, как бешеная антилопа, она добралась до своего района, часто стреляя собой вверх, наслаждаясь свободным полётом и разглядывая родные места.
В один из таких прыжков Гвен увидела то, чего точно никак не ожидала. Недалеко от её дома, буквально на соседней улице, грабили прохожего, что было абсолютно немыслимо. Ведь почти все в радиусе сотни метров знали, что здесь живёт её отец — капитан полиции. Сердобольные старушки разнесли эту новость по всем своим подругам, отпугивая мелкую шушеру и таким простым способом внося немного безопасности в Гринпойнт.