Палец аккуратно прочерчивает линию по месту стыка дверей. Ни грамма пыли.
«Вот оно».
Боевой азарт захлёстывает, собираясь в груди.
Дубинка Сорвиголовы, универсальный инструмент на все случаи жизни, мягко пролезает в стык. Небольшое усилие и дверь контейнера раскрывается предо мной.
Руки шарят по стенкам, выискивая нужное. Малейшие щели, что помогут разгадать загадку.
-Вот оно.
Не удержался и сказал вслух.
Небольшая плитка, почти у самого входа, а сразу под ней простейший кодовый замок. Никогда не был силён во взломе, чаще я просто выбиваю двери.
«Но можно просто попытаться замкнуть».
Не тратя время попусту, перочинным ножом вскрываю панель, начиная на ходу разбираться с простейшим механизмом. После работы над манипуляторами и другими идеями Отто данный замок кажется игрушкой для ребёнка.
«Готово».
Не издав ни единого звука, пол в контейнере отъехал в сторону, открывая передо до мной зев прохода. И это мне сразу не понравилось. Оттуда доносился смрад. Не привычный аромат лаборатории, не вонь от наркоты или немытых тел, не было в нём и ноток оружейной смазки или дешёвых духов, что встречаются в борделях... Лишь зловоние мертвых тел, давно сгнивших и оставленных преть. Мерзкая смесь из крови, дерьма и кишок. И если я уже отсюда ощущаю их, то сколько же трупов валяется внизу.
«Надо подстраховаться».
Смс с описанием прохода отправляется Рэнду и Питеру, а после этого дубинка Мёрдока раскрывается в посох, блокируя проход.
Манипуляторы откликались нормально. В карманах тройной запас не летальных средств и два дополнительных тюбика с пеной.
«Пора. Нет времени ждать».
От ступеней эхом раздавался топот. Медленный, размеренный, но в этой абсолютной тишине даже профессиональные навыки не приносили результата.
Пара фонарей, один на груди, а другой в руке, разогнали темноту, открывая вид на добротное КПП. Две пулемётные точки, металлодетекторы, камеры и даже турель на потолке... Только вырванная с корнем.
Лучи выхватывали то одну, то другую деталь, показывая, насколько плохи дела у местных эскулапов и, скорее всего, у самого Гоблина.
Черные кровавые разводы, по стенам и полу, порой заходящие на потолок. Огромные вмятины, оставшиеся от столкновения и гильзы... Сотни, может быть тысячи гильз, раскиданные повсюду.
Присев на колено, соскребаю пальцем немного крови, растирая ещё чуть влажную жидкость.
«Часа три.. Может быть четыре. Сложно сказать, тут бы больше помог Мёрдок».
Рядом валялись смятые остатки боеприпасов. Вдавленные в пол, практически превратившиеся в пластинки.
«Тяжёлый... И большой».
Голова задралась к потолку, где виднелись следы от ударов. Огромные полосы, словно прошёлся волнорез, разрывая стальные плиты, подобно не заточенному консервному ножу.
«Что же ты здесь создал, Озборн?».
Рука непроизвольно ложится на стену, проводя о гротескному шраму в виде полос от когтей.
Манипуляторы медленно и плавно выползли из-за спины. Сейчас было не время для внезапных ударов, нужно было быть готовым ко всему.
Вся подземная лаборатория была обесточена... И пуста. Во сколько бы комнат я ни заглядывал, сколько бы поворотов ни прошёл, везде меня встречало одно и то же. Пустота и разруха. Следы от когтей, боёв и людей, точнее того, что от них осталось.
Где-то вдалеке раздался взрыв. Глухой и слабый, но это подарило мне надежду.
Сорвавшись на бег, прикрыв тело со всех сторон щупальцами, я помчался на звук, позже даже перейдя на бег с помощью своих дополнительных конечностей.
Взрывы повторились. Вновь и вновь, и с каждой секундой они становились всё ближе.
Уже наплевав на конспирацию, я грохотал клешнями по полу, надеясь только успеть.
Последний поворот осветило новой вспышкой от взрыва и я даже позволил себе робкую улыбку. Успел. Справился. Ещё немного. Ещё чуть-чуть.
Последняя преграда. Огромная выломанная дверь, заваленная обломками с потолка.
Вместе с манипуляторами я вцепился в завал, раскидывая его куда глаза глядят, пока передо мной не появилась мелкая щель. Небольшая, совсем крохотная, позволяющая едва прижаться глазами, чтобы увидеть происходящее на той стороне.
Внутри затухал огонь. Мелкие очаги пожара выгорали, не найдя чем бы ещё поживиться, даря немного света напоследок.
Провода свисали с потолка, а большая часть зала была покрыта копотью. Огромные разбитые колбы, внутри которых висели останки людей с деформациями. У них были клыки, когти, хвосты...