Возможно стоило попробовать отдалиться от кого-то из них, что-то изменить или просто разорвать отношения, но я не смог сделать этого самостоятельно, а порой и судьба толкала меня к ним навстречу... Долбанный эффект мира Марвел.
Но время шло и все эти чувства начали переплетаться с ревностью. Гвен была нежной и доброй, с улыбкой, которая могла прогнать облака. Она пыталась сделать так, чтобы все были счастливы. Побывав на Сакааре, она обрела мудрость и шарм взрослой женщины, чем вновь покорила моё сердце. Именно она была инициатором этих отношений, больше не желая меня терять и вновь переживать все те неприятный чувства.
Фелиция, хоть и была шутницей, на самом деле очень страстно относилась ко всему, что делала. Она восхищалась моей способностью смеяться над любыми ситуациями и иногда поднимала ставки, подшучивая над остальными, чтобы вызвать у них реакцию.
Она не сводила с меня взгляда и всё, что там было намешано... Жутко-притягательное зрелище, наверное точно такими же глазами смотрела Беллатриса Лестрейндж на Волан-де-Морта.
Анна-Мария, с её уверенной добротой и заботой, старалась сделать всё возможное, чтобы смягчить напряжённость. Она угощала нас домашней выпечкой, а её дружелюбие всегда было уместным. Но я видел, что под маской милой и стеснительной красавицы скрывается хитрая маленькая лисица, что лишь в силу своих особенностей не пытается рваться вперёд.
А Ванда… Ванда была темной лошадкой. Её мощная магия и таинственность часто завораживали меня, но я также чувствовал силу её эмоций. А точнее её легкую, как бы это помягче выразиться... Чокнутость. Девушка не признавала своих чувств, выставляя вместо этого маску из агрессии, скрывая под ней свою заинтересованность.
Мы договорились делить меня, если это то, что я хочу. Но я не знал, что мне делать с этим. Каждый раз, когда я видел, как они обменивались взглядами, наполненными ревностью, мои собственные чувства путались. Я не хотел никого из них ранить, и в то же время меня тянуло к каждой из них.
С того самого дня мы условились встречаться все вместе, словно герои ситкома.
Это была странная динамика: мы собирались вместе, обсуждали всё, начиная с маленьких повседневных забот и заканчивая глубочайшими переживаниями. Я смутно ощущал, что на самом деле это не просто «делить», а скорее находить баланс между их ощущениями и моими желаниями. Каждый вечер мне казалось, что я тонул в море эмоций, что они мне дарили. Не скажу, что это просто или хоть когда-либо станет легко, но тем не менее углы сглаживались. И, даже когда это было трудно, я всё равно не хотел, чтобы это когда-либо кончилось.
Но всё это было потом, а сегодня я был лишь простым слушателем, что не мог вставить и слова. Под конец я видел, что у некоторых из них скапливались слёзы в уголках глаз, но не мог их утешить... Да и они сами не хотели этого сейчас.
Наверное никогда, что в этой, что в прошлой жизни, у меня не было более неловкого разговора.
-Всё будет в порядке. — Оставшись последней со мной наедине, Гвен приобняла меня, укладывая голову на груди. — Они хорошо сдружились, пока нас не было, так что смогут свыкнуться с этим...
-Ох, наверное...
Впервые я смог хоть что-то сказать за эти долгие часы. У меня возникла пара вопросов к хитрой мордашке Гвен и её авантюрам, что она провернула у меня за спиной, но мои размышления прервал звонок Эм-Джэй.
-Питер пропал!
(На бусти сегодня выложу 97 и 98, а завтра будет эпилог работы)
Глава 87
-Чёрт возьми...
Развалившись на крыше одной из многочисленных высоток Нью-Йорка, Питер Паркер откинулся на спину, отпуская себя в объятья сломанной вентиляционной шахты, в которую Человек-Паук грохнулся, пока добирался до места.
Глаза бывшего героя, а ныне преступника в глазах правительства США и многих стран мира, устремились в тёмное чистое небо, наполненное крохотными звёздочками. Далёкие огоньки были едва различимы из-за множества огней огромного города, но самые яркие из них всё же пробивались сквозь яркую пелену, будто нарочно надеясь попасться на глаза.
-Нет... Это вертолёт.
Проводив взглядом самую яркую из «звёзд», которая стремительно улетела на север, Паук стянул с головы маску, тяжело дыша и хватая ртом воздух. Ему не хватало кислорода, а привычная сила пропала из рук, не позволяя герою привычно вскочить на ноги, выполняя залихватский акробатический трюк.