-Что...
Огромный якорь, крюк или кирка, я даже толком не понял, что это... Здоровенное оружие врезалось в меня, пробивая здание и скидывая на землю, под ноги Зобу.
С лязгом и треском вернувшись к хозяину, который не стал ждать обрушения дома и прыгнул прямо сквозь рушащийся дом.
Трёхметровый увалень, рычащий и пропахший людской кровью. Его тело покрывали раны и дырки от пуль, но он относился к ним наплевательски, идя на зов своего старшего товарища.
Взвесив в руке свою кирку, пришелец начал разгон, намереваясь раздавить меня, до тех пор, когда я смогу толком подняться на ноги и раскидать накрывшую меня кучу мусора.
Но это оказалось действительно сложно. Давление обрушилось на меня, сдавливая со всех сторон. Ко мне начали стекаться арматуры, машины и фонарные столбы, грозя поглотить меня или превратить в лепёшку.
Слабые попытки вырваться особо не помогали. И после нескольких попыток я раскрутил под собой кольцо, создавая портал и выбрасывая себя в том же месте, только в тридцати метрах над землёй.
Учитывая давление телекинеза, из портала я вылетел, как из пушки, набирая опасную скорость. Остатки одежды изорвались в хлам, оставляя меня голым по пояс с торчащими из спины манипуляторами.
Один из них смог ухватиться за ближайшую стену, но новый выпад громилы чуть не скинул меня снова.
Кирка на привязи прокатилась по руинам, выбрасывая в воздух столбы пыли и бетонной крошки.
Отбив её ударами рук, чувствую, как кости на кулаках трещат, грозя сломаться под напором этой махины. Но благо, здоровяк лишь кидал её и не мог давить постоянно.
Вдвоём с Зобом они обстреливали меня из всего что можно. Круша остатки зданий по округе. Но я тоже был не один в этом городе.
-За Асгард!
С грохотом, поднимающим пыль по всему району, а точнее тому, что от него осталось, Тор приземлился неподалеку от меня, прожаривая Зоба порцией первосортных молний.
Его глаза сияли сними цветом, а от всего тела Бога Грома било электричеством, чьи дуги пробегали по руинам, пытаясь найти свою цель. А за его спиной корчился поджаривающийся до корочки пришелец. Обугленные конечности которого вскинулись в последний раз, но не смогли ничего сделать. Удар кулака Тора поставил точку в этом противостоянии.
Воспользовавшись тем, что громила отвлёкся на пришествие нового участника, спрыгиваю прямо на него, впиваясь всеми щупальцами в тело, а правую ладонь напитывая Ци.
Верзила орал и метался, пытаясь скинуть меня или ударить об обломки, но моя рука была быстрее. Словно топор, кисть опустилась вниз, раскалывая головёшку, как арбуз.
Секунду его тело качалось на месте, прежде чем пасть на землю, выбивая ещё немного пыли.
Залитый кровью с головы до ног, с кучей свежих ран и шрамов, с трудом сползаю со спины этого ублюдка, пиная тушу напоследок.
-Это всё? Больше нет черно-балахонников?
-Да, мой осьминожий друг, мы перебили большую часть, но..., — Качнув головой в сторону неба, где в данный момент авиация США рубилась с космическими кораблями в нечестной схватке, Тор выпустил из тела немного молний, с намёком качнув головой. — Впереди ещё одна битва, подкинешь?
***
Ветер проносится сквозь лабиринты разрушенного Манхэттена, обдавая холодом, словно злобный дух, вселившийся в сердца тех, кто выжил после конца. Я стою в тени обломков, моё лицо скрыто за маской, но в глазах горит искра, подобная огню в сердце умирающего города. Вокруг меня останки боевых машин, обожжённые части инопланетной техники, раскалённые от пламени, но ещё полные ненависти.
Город, который когда-то был символом величия, теперь лежит в руинах. Улицы засыпаны осколками стекла, словно слезами после невыносимой утраты. Небоскрёбы — печальны, оторванные от жизни, стоят, как горбатые исполины, задыхающиеся от смрада своей жизни и горя. Здесь всё пропитано постоянным эхом битвы — звуки криков и взрывов всё ещё позади, хотя ярость временно утихла.
-Город стоит, но не живёт... Это не триумф. — Подкурив сигарету, морщусь от боли в теле. Раны покрывали меня с головы до ног, но благодаря своей непростой жизни и Ци я мог перенести это, мог продолжать сражаться. — Это лишь привкус полыни на губах. Поэтично...
Я смотрю на следы инопланетного вторжения, нечто странное и чуждое, смешанное с остатками земных машин войны. Это место стало полем боя, где объединённые души мирятся с ужасами. Мне кажется, пришельцы оставили свои живые знамёна, будто пляшущие призраки, натянутые над бездной. Таблицы, вырезанные на металле, рассказывают истории о падении и утрате, и я — единственный, кто слышит их вопли.