— Угу? — томным голосом повторила она мне в ухо. — И это все, что ты можешь сказать о-о мо-оих-х гла-азка-ах? — шипела эта змеюка, проникая своим шепотом прямо в самую нужную точку.
Я был побежден и повержен…
К реальности меня вернул надрывавшийся телефонный звонок.
— Шшто-о-то мне подссказ-зы-ывае-ет, ш-што-о это-о тебя, — сладко потягиваясь обнаженным телом, выдохнула она. — Возьми трубку.
Я взял.
— Слушаю.
— Ты там уже на постоянной основе или как? — Перед моим взором ясно нарисовался облик Натальи с перекошенным от злости лицом и гранатометом, нацеленным мне в сердце, а сердце у мужчины, как это доподлинно известно, находится между ног.
— Или как, — промямлил я.
— Тогда одевайся, я сейчас за тобой заеду.
Меня пулей выкинуло из кровати, и самые страшные предчувствия сковали мою душу.
— Что?! Что случилось?! — крикнул я.
— Нововолоса и Хохлова убили. — У меня немного отлегло от сердца, но все же ощущение оставалось хреновым. — Прямо в кабинете шефа, — добавила Наталья.
Не знаю как ей, а мне эта подробность говорила о многом.
— Через пять минут буду готов, когда заедешь? — на одном дыхании выпалил я.
— Я уже внизу.
— Иду, — ответил я и, швырнув трубку на место, кинулся одеваться.
Через минуту я уже впрыгивал в машину Натальи. Правда, едва я открыл дверцу и заглянул в салон, первым моим желанием было захлопнуть ее, так как мой взгляд наткнулся на майорский погон и форму нашей доблестной милиции. Но затем взгляд проследовал дальше, вернее, ниже и обнаружил форменную, чересчур короткую юбку с выглядывавшими из-под нее обтянутыми чулками стройными ножками.
Нововолоса и его заместителя нашли в кабинете начальника. У каждого из них имелось по два дополнительных отверстия в голове. Стол в кабинете был накрыт на троих, это говорило о том, что убийству предшествовала пьянка. Судя по всему, убийца был хорошо знаком обоим покойникам и действовал быстро и решительно — ни один из милицейских начальников даже не успел схватиться за оружие.
— Любой, даже самый тупой работник управы догадывается, что тут не обошлось без чего-то, — продолжала свой рассказ Наталья. — Но все делают вид, будто ничего не понимают, а вслух говорят, что их подставили.
Я был согласен с Натальей — и дураку было понятно, что в кабинете начальника городской милиции произошла разборка, и мы знаем, кому в результате не повезло. Но вот чего мы не знаем — по какому поводу случилась эта самая разборка? Конечно, кое-какие мыслишки, касающиеся этого дела, шевельнулись в моей голове, и они как-то сами собой связывались с нападением на конвой.
— А может быть, их действительно подставили? — не веря себе, спросил я.
— Не пори чушь, — огрызнулась Наталья. — Если кого и подставили, то только тебя.
После этих слов я чуть не вскочил на ноги, но вовремя вспомнил, что я в машине.
— Ты это о чем? — вытаращился я на нее.
— О третьем стакане… — ответила она, точно провела прямой удар в голову. — На нем твои пальчики, — а это был удар ниже пояса.
Мне понадобилось несколько минут, прежде чем я смог снова говорить, а точнее — орать.
— Бред! Ты ведь сама видела, когда я там бухал! — От возмущения у меня перехватило дыхание. — А потом мы с тобой практически не расставались.
— А где ты был сегодня с восьми до девяти вечера? — ошарашила она меня.
— Ты что о… опупела?! Ты ведь сама знаешь, где я был.
— А вдруг тебя там не было?.. Или эта дамочка скажет, что тебя там не было?.. Что тогда?..
Мои брови полезли вверх, челюсть отвисла, а глаза вылезли из орбит.
— Кка-ак… кка-ак… ка-ак это скажет?..
— А так, — в голосе Натальи слышалось презрение, — более продажной суки я не встречала… — Она тяжело засопела. — Кроме того, не забывай, чья это подружка. — И где ж она была раньше со своим советом — именно об этом я как раз и забыл.
— А теперь ты везешь меня на допрос? — невесело пошутил я. — Оружие сдать?
— Заткнуться, — не очень дружелюбно порекомендовала Наталья. — Я вывезу тебя за город. Там тебя уже ждет твой дружок на джипе.
— По этому поводу и форма?
— Ты на редкость догадлив, — сыронизировала Наталья. — Тебе бы раньше мозгами поработать, и не пришлось бы тебя вывозить из города тайком.
— И что дальше? Ведь меня в розыск подадут.
— Не подадут, — попыталась успокоить меня она. — Через пару дней я стану зампоопер и все улажу.
— Ты так уверенно об этом говоришь, будто уже приказ видела, — недоверчиво произнес я.