В Европе шестнадцатого века всё ещё сильны были суеверия, рождённые сказками и не такой уж далёкой на тот момент Охотой на ведьм. Чудовища из преданий тогда не казались чем-то из ряда вон выходящим, и за два десятка лет жители Бедбурга окончательно уверовали, что их славный город терроризирует вовсе не волчья стая. Они свято верили, что Бедбург стал охотничьми угодьями настоящего оборотня-людоеда. Ведь на такую жестокость ни обычный зверь, ни даже человек не способны. Правда ведь?
В тысяча пятьсот восьмидесятых, когда сменилось уже два поколения, исчезновения всё продолжались. Местные жители ни выходили за черту города поодиночке и не покидали дома после заката. Более или менее удачливые торговцы нанимали вооружённую гвардию для сопровождения через лес на время торговли. В лес отваживались ходить только пришлые охотники в погоне за большой наградой. Они уходили на поиски бедбургского зверя и всякий раз возвращались ни с чем.
Вера в оборотня укоренилась настолько, что горожане с большим подозрением относились к любым странностям соседей. Исчезновения детей, мужей, отцов и матерей стали обыденным делом. Город тонул в страхе и паранойе. Горожане молились днём и ночью уже скорее по благой привычке — надежда на спасение давно уже растаяла как выгоревшая свеча.
Насколько нам сегодня известно, только одной девочке удалось выжить, встретив оборотня. Сегодня никто не помнит её имя, но кажется, Мария — вполне бы ей подошло. Она появилась на свет, когда бедбургский зверь уже стал неотъемлемой частью жизни города. Наверняка, девочка с детства слышала про ужасного зверя из леса, что по ночам бродит близ города в поисках неспящих и непослушных детей. Ей и другим детям строго настрого запрещали даже смотреть на лес и тем более покидать дом, когда садилось солнце.
В тот день Мария и другие дети сторожили стадо коров на лугу. Пока мальчишки бегали друг за другом, боролись и воображали себя смельчаками-охотниками, что изловят зверя, Мария гуляла в стороне. Она напевала песенку, собирала полевые цветы, сплетая их в венок, и сама не заметила, что всё ближе подходила к кромке леса. Только звонкий хруст впереди заставил её замереть на месте и умолкнуть.
Лес был прямо перед ней, тянулся вправо и влево, сколько хватало глаз. Настолько плотной стеной, что даже солнечный свет обходил его стороной. Всего каких-то пять шажочков, и девочка окажется среди вековых деревьев. Где-то за спиной ругались мальчишки, споря, чья на сей раз очередь быть зверем в их глупой игре. Мария не видела и не знала, что скрывается за листвой и сплетением ветвей впереди неё.
Она медленно короткими шажками пятилась обратно и не сводила взгляд с леса. В шелесте травы на ветру ей слышалось чужое смрадное дыхание. Она не успела развернуться и побежать, когда одним прыжком к ней из леса выскочил зверь, покрытый чёрной грязной шерстью. Она не успела закричать, когда горячая влажная лапа сдавила ей шею.
Но остальные дети увидели его. Того, кого ещё минуту назад изловили всеми возможными способами в своём воображении. Они завизжали и побежали к городу. Зверь, тащивший Марию в лес, замер всего на миг, но его хватило. Детский крик всполошил пасшихся на лугу коров. Испугавшись за телят, коровы засуетились, забегали по лугу. Зверь, кажется, испугался и ослабил хватку, и Мария смогла закричать. Она кричала до тех пор, пока не поняла, что зверь скрылся там же, откуда пришёл, а её пытаются привести в чувства прибежавшие взрослые.
Те успели заметить зверя, и ринулись за ним вместе с несколькими охотниками. Но вновь они вернулись ни с чем. После того случая прошло ещё несколько лет. Мария с того дня никогда не выходила за черту города. Всё боялась, что зверь вернётся за ней. Что он только и ждёт момент, чтобы снова сдавить ей горло.
Бедбург уже окончательно смирился со своим проклятьем, когда охотники в очередной раз обходившие округу нашли совсем свежий, ещё не остывший труп беременной женщины. Она была голой, обрывки её одежды лежали рядом. Ей залитое собственной кровью, искусанное и изорванное тело лежало на спине, раскинув руки. В открытых остекленевших глазах застыл ужас.
Охотники привыкли видеть подобные трупы. Но теперь зверь превзошёл сам себя. У женщины была разорвана утроба. Зверь вынул из неё ребёнка и унёс вглубь леса, куда тянулась оборванная пуповина. Злоба закипела в жилах охотников. Они пошли по следу. Зверь был совсем рядом. А другого шанса может не быть.