Глава 12
"Я тебя ненавижу! Ты слышишь?!» — кричу, умирая…
Ты внутри поселил без сомнения ревность-змею
И столкнул меня вниз у подножия вечного рая!
Ненавижу за то… что как прежде до крика…
люблю…"
Просторы интернета.
Забрать маму из того ада не составило труда. Отец никак на это не отреагировал. Не препятствовал. Потом я понял почему... Когда выезжая за территорию особняка заметил, как к дому подъехала знакомая красная машина. Каким-то чудом я преодолел желание снова набить морду отцу, а его шалаву выкинуть вон. Не знаю как мне удалось остудить свой гнев, когда смотрел как эта сука вытаскивает из багажа чемоданы, а отец выбегает к ней на встречу, чтобы помочь. Тогда я проклинал обоих. Желал им одних мучений в этой жизни. Особенно отцу, когда смотрел на бедную и исхудавшую мать. Её всегда улыбчивое лицо стало бедным, а улыбка пропала. Всегда тёплые руки стали холодными как лёд. Она мучилась, а я вместе с ней. Ведь мама до сих пор любила этого предателя. И эта любовь чуть её не погубила.
До того как забрать её я купил квартиру. Не на деньги этого предателя, а на свои собственные. Зарабатывал и копил, о чём ни сколько не жалел. А начал я работать когда отец впервые назвал меня никчёмным и жалким сосунком, который представляет собой хоть что-то только благодаря его деньгам. И эти слова ранили. Очень сильно. Настолько сильно что я поставил перед собой цель сделать всё возможное, но заставить отца уважать меня. Не гордиться, потому что мне его гордость никогда и не нужна была. А уважать. Тогда я стал браться за любую работу. Был грузчиком, работал в автомобильной мастерской и на других мужских работах. Родители думали что я гуляю с друзьями допоздна, а я всё это время работал после школы, не теряя время зря. И в итоге я смог накопить на квартиру и был горд этим. Да, не особняк в котором мы жили когда-то полноценной семьёй, или же эта была лишь иллюзия, но хоть что-то. И это что-то я смог сделать сам, без помощи отца который считал, что я даже мезинца на его ноге не стою.
Первые дни были настоящим адом. Даже несмотря на переезд мама не поправлялась. Продолжала пить таблетки, но вскоре они отошли на второй план. Тогда я думал что все начало налаживаться, но ошибся. В секрете от меня она стала употреблять спиртное и я не знал что делать. Находил бутылки и всё выливал, сначала это помогало, но потом всё началось с начало. Она их прятал и пила когда я не видел. Тогда, не выдержав, я сорвался. Крушил всё что попадалось мне под руку, пока не оказался в комнате матери. Было непреодолимое желание заорать и хорошенько её встряхнуть. Напомнить ей, что кроме предателя которого она любит, у неё также есть сын. Но остановился. Когда переступил порог комнаты и увидел её раскачивающуюся из стороны в сторону. По её бледным щекам катились слёзы, а сама она напевала песню. Ту самую, которую пела мне в детстве. Заметила меня она не сразу, а когда заметила, резко встала на ноги и преодолев расстояние разделяющее нас, обняла. Она прижималась ко мне всё сильнее, её мокрое лицо было прижато к моей груди, а сама она не переставал просить у меня прощение, вновь и вновь называя меня сыночком. Она клялась что всё изменится, что она перестанет пить, и я поверил. И совсем не зря...
Перевёл взгляд на часы. Уже обед, а значит, что у Снежинки сейчас перерыв. Захотелось увидеть её. Сейчас. Немедленно. Но что-то останавливало. Если я этого хочу, это не значит, что она тоже этого хочет. Тем более после того что случилось. Как наяву помню её растерянный взгляд в котором так ярко отражается страх. Её дрожащее тело и сбивчивое дыхание. Смотрит на меня как на монстра, но старается не показывать своего страха. Смелая. Но от этой дерзости и презрения в глазах мне хочется её убить.
Когда увидел её в кафе с тем сопляком, это желание было невероятно сильным. Застряв в пробке, совершенно случайно перевёл взгляд в окно одного из кафе. Сначала подумал, что показалось. Но присмотревшись, понял, что ни хрена мне это не показалось. Она и в правду там. Сидит и улыбается этому очкарику, который нервно улыбается ей в ответ и смотрит на неё голодным взглядом. Они...бл*ть общаются! А на меня это стерва постоянно огрызается, как тогда...когда я был толстым неудачником, над которым все издевались. Когда я был мешенью для издевательств благодаря своей внешности. Хотелось ворваться в кафе, набить морду очкарик, а Монику...чёрт! Мне хотелось наказать её так, чтобы она не могла ходить несколько дней.