Кифа чуть не вырвало:
— Да, это гораздо лучше.
Он отодвинул средство как можно дальше от носа.
— Я не знаю, помру ли я, Фостер. И в случае, если да, есть что-то, что мне нужно, чтобы ты знала.
Он показал, чтобы она наклонилась поближе… так близко, что она почувствовала его дыхание на щеке, и свежая волна мурашек пронеслась по ее коже.
— Ты должна знать, — прошептал он, — что…
— О, прекрати драматизировать! — перебила леди Каденс, поворачивая ручки влево и снова меняя направление лодки. — Либо отхлебни, либо прекрати скулить.
— Значит ли это, что я могу скулить, когда захочу, если съем эту штуку? — спросил Киф. — Потому что это того стоит.
— Это будет очень долгий день, — пробормотала леди Каденс.
— Подожди… что ты собирался сказать? — спросила Софи, когда Киф закрыл глаза и сжался потуже.
Его губы наполовину сложились в гримасу, наполовину в ухмылку, когда он произнес:
— Я скажу тебе позже. Сейчас я слишком сильно концентрируюсь на том, чтобы меня не стошнило на тебя.
Софи быстро отодвинулась.
— Всем держаться, — прокричала леди Каденс. — Мы подходим к первой развилке, и речные пороги могут немного потрепать.
«Потрепать» не то слово. Чувствовалось, будто их опрокидывали, когда леди Каденс повернула ручки вправо, и лодка подлетела на узком притоке.
— Кто-нибудь видел мой желудок? — простонал Киф, заставляя себя сжаться, как устрицу.
— Сколько еще поворотов у реки? — спросила Софи.
— Три, — сказала леди Каденс.
Киф захныкал:
— Кто-нибудь, держите меня.
Он был таким бледным, мокрым и дрожащим, что Софи почувствовала, что он не шутит. И так как она не могла перестать дрожать, то подвинулась к нему, обнимая его за плечи и усаживая на гладкую палубу.
— Если тебя тошнит, не оборачивайся, — предупредила она, когда обернула ее плащ вокруг них обоих, чтобы сохранить тепло.
— Вообще-то, помогает, — сказал Киф. — Твоя накидка пахнет намного лучше, чем эта несчастная лодка.
— Спасибо… я думаю.
Его дыхание, казалось, успокоилось, и дрожь ослабла. Но грубый порыв волн заставил его снова напрячься.
— Выпей это, — сказала леди Каденс, бросая ему желтый флакон. — И заткни нос, прежде чем открыть его.
Киф посмотрел на жидкость.
— Почему это выглядит как моча?
— Моча Келпи — это лучший способ восстановить равновесие.
Киф бросил флакон в реку.
— Ни за что, даже если я действительно умираю.
— Ты пожалеешь об этом, когда будет следующий поворот, — предупредила леди Каденс.
— Да уж, не думаю.
Но он выглядел не очень хорошо, когда плавучий дом повернул на самую крутую реку.
— Думаю, тебе нужно отвлечься от этого, — сказала Софи. — Попробуй пойти в свое счастливое место.
— Я понятия не имею, что это за фраза… только если ты не предлагаешь телепортировать нас отсюда.
— Хотелось бы. — Софи могла телепортировать, только когда была в свободном падении. Кроме того, у огров были силовые поля, защищающие город, и не было возможности узнать, что произойдет, если она попытается телепортироваться. — А если серьезно, то это техника визуализации. Ты представляешь себя в своем любимом месте, чтобы отвлечься от всего происходящего вокруг.
— Какое у тебя счастливое место? — спросил он.
— Наверное, полеты с Силвени.
Не было ничего похожего на рассекание по небу в окружении пушистых белых облаков.
— Это хорошо, — сказал Киф. — Я собираюсь представить себя там. Только ты, я и Блестящая Задница.
— Блестящая Задница? — спросила леди Каденс.
— Это прозвище Кифа для Силвени, — объяснила Софи. — Потому что у нее такая мерцающая шерсть.
Киф ткнул Софи локтем:
— Скажи ей настоящую причину.
Софи закатила глаза:
— Какашки аликорна, как правило, также блестящие.
— Это одна из величайших вещей в мире, — добавил Киф. — И Блестящая Задница, кстати, любит свое прозвище. Почти так же, как она любит меня. Фостер пытается отрицать это, но я ее любимец.
— Спорный вопрос, — поправила Софи.
— Продолжай говорить себе это. — Киф закрыл глаза и положил голову на перила. Цвет медленно возвращался к его щекам, и черты лица начали расслабляться. — Помнишь то путешествие, когда мы направлялись в укрытие в Открытом Море?
Софи улыбнулась:
— Да, думаю, ты скулил весь путь.
— У всех нас есть свои таланты. И кстати говоря о нытье…
— Никакого нытья в счастливом месте! Серьезно, Киф, постарайся сконцентрироваться.
После этого все успокоились, и Софи наблюдала за проплывающими гладкими зелеными холмами, пытаясь найти что-то знакомое. Равагог красовался в темных, неровных горах и прятался за массивными железными воротами… хотя приливная волна Линн разбила барьер на части.