Крепко обвив мою талию второй рукой, прижал к себе.
С трудом сглотнула, дыхание перехватило. Родя сжал меня ещё сильнее, чуть приподняв. Завел мою руку за спину и у меня была лишь одна свободная рука, чтобы отбиваться, и та легла Родиону на плечо.
Он напряжен, как зверь на привязи, готовый вот-вот сорваться.
Его желваки ходят ходуном, а взгляд неотрывно следит за движениями моих губ.
- Поцелуй меня, - тихо, но так неожиданно для меня, сказал он.
Голос хриплый, будто у него пересохло в горле. Он, по прежнему, прижимает меня к себе, лишая всякой возможности освободиться от железной хватки.
- Нет, - говорю в ответ, стараясь придать голосу хотя бы каплю уверенности.
Пытаюсь вырваться, но это лишь жалкие попытки и я не могу даже рукой пошевелить, лишь пару раз дернулась.
Родион всё так же смотрит на мои губы, будто старается запомнить каждый изгиб.
- Поцелуй меня, - говорит настойчивее, но всё так же тихо.
- Нет, - отвечаю я уже увереннее. Кажется, что его попытки принудить, делают меня сильнее, раскрепощеннее, возвращают меня в то состояние, когда у меня есть собственный голос.
- Один раз, - и это не мольба, не просьба, это факт.
- Нет, - медленно качаю головой, и он поднимает глаза, поймав меня, - Ни за что, - выдыхаю ещё увереннее.
- Твой пульс говорит обратное, - ехидно улыбается он, а его большой палец сильнее надавливает на местечко на запястье и я только сейчас понимаю, что всё это время он знал о моей реакции.
Я молчу. Мне нравится то, что он делает и нужно это признать. Никогда в жизни я не чувствовала то, что чувствую, когда в Роде просыпается тот, кто мне до недавних пор был не знаком. Я не знаю, что он чувствует. А может он проделывает всё, то же самое, и с другими своими подружками? Сто процентов так и есть. У таких, как он, это в крови.
Он осторожно ослабил хватку, чтобы я смогла найти равновесие и привести дыхание в норму. Будто оберегая меня, он до сих пор бережно удерживал меня в объятиях.
Вмиг стало неуютно, неприятно. Находиться в его руках, пусть даже таким образом, было куда привлекательнее. Но я не могу сказать ему об этом. У меня только один выход:
- И целовался Валик куда лучше, чем ты, - припечатала я, как раз тогда, когда Родя сделал шаг назад, но ещё не убрал рук с моей талии.
До сих не знаю для чего я это сделала. Может потому, что мне показалось мало той игры, которую мы начали пару минут назад. А может, просто для того чтобы самоутвердиться за счет него, пусть даже таким низким способом.
В его глазах мелькнуло что-то похожее, на облегчение и резко прижав меня к себе, он впился в мой рот жестким поцелуем.
На миг мне показалось, что мои трусики воспламенились.
Волной накрыло резко, будто окатило кипятком. Я хотела этого. Всего этого.
Прикусив нижнюю губу, он скользнул в мой рот языком, утягивая в эту тьму, где я не вижу ничего вокруг. Во тьму, где воспринимаются только ощущения.
Его ладони прижимают сильнее, так, что я чувствую, насколько он возбужден.
Едва слышные стоны срываются с моих губ, он ловит каждый, и ему всё мало.
Сжав мою талию, вжимает в себя. Одного поцелуя мало, но зайти дальше он не может.
Мне тоже становится мало. Мне начинает мешать мой свитер. Начинает раздражать его футболка. Во мне просыпается что-то дикое и ненормальное. Просыпается та, о которой говорил Родион.
Хватаюсь за ворот его футболки и мне плевать на то, что она треснет, я тяну его на себя так, что наши зубы клацают друг о друга, от быстрой и ещё больше близости.
Я кусаю его нижнюю губу и, кажется, так сильно, что Родион, рыкнув, хватает меня под зад и рывком поднимает, заставляя обвить его ногами. Делает несколько шагов и усаживает меня на комод.
Свитер летит куда-то в сторону, и я остаюсь в тонкой майке.
- Невероятно горячая девочка, - говорит он тихо, сексуально растягивая слова.
Его ладони лежат на моих бедрах, чуть сжимая их.
Родик отстраняется, смотрит мне в глаза, прикусывает нижнюю губу, слизывая вкус от поцелуя, и угрожающе говорит:
- Не дразни волка, если не хочешь стать его добычей, - нежно и быстро целует в губы и уходит на кухню, оставив меня сидеть на комоде и…охреневать от того, что, мать вашу, я только что сделала?
Он загипнотизировал меня что ли? Наложил проклятие? Приворожил? Какого хрена, а?!
- Хорош сидеть там, задница задеревенеет! – крикнул он, - Иди чай пить, я твой абрикосовый джем купил!