Мы с Машкой иногда вздрагивали от страха, иногда вытирали слезу, иногда очень эмоционально комментировали всё происходящее:
- Не лезь туда… - шипит подруга, - Не лезь, я те говорю… вот на хрен ты туда пошла, а?! … Ну вот, я же говорила!
Спустя пару минут:
- Беги, дурочка… вот че ты встала истуканом? Беги уже, матерь божья! – крикнула я, махнув руками.
Мы с Машкой, увлекшись фильмом, и не замечали того, что парни переглядываясь между собой, посмеивались над нами. Наверное, со стороны это было жутко умилительно.
- Блин! – тихо-тихо ругнувшись, поправила задницу на мягком диване.
- Чего? – прошептал обеспокоено Родя.
- Зад болит. Я столько раз упала сегодня, что мне кажется, он посинел даже.
- Вечером покажешь, - улыбнулся он, хитро взглянув на меня.
Неожиданный прилив возбуждения ударил в низ живота.
- Перебьешься, - ответила ему, а сама думала совершенно иначе.
В моем теле вновь нарастал тот самый интерес, когда мне казалось, что я немного успокоилась. Я перестала злить и дразнить Родика и, кажется, выдохнула, но он сам начал подтрунивать надо.
Его ладонь скользнула на моё бедро.
Учитывая то факт, что я была в коротких шортах и толстовке, его горячая ладонь обожгла кожу, и я дернулась от неожиданности, уставившись на парня вопросительно:
- Смотри, самое интересное пропустишь, - легкая улыбка тронула его губы, но он даже не повернулся в мою сторону.
С каждой секундой под одеялом становилось жарче. Его пальцы лежали неподвижно несколько секунд, а потом пришли в движение, сжав кожу совсем слабо, но этого было достаточно, чтобы возбуждение в трусиках разгорелось до пламени.
Инстинктивно сжала ноги, чтобы унять пульсацию. В ответ услышала лишь тихий смешок от соседа.
Его ладонь скользнула по ноге вверх и коснулась края шорт. А я смотрю на него и не могу оторваться.
Прикусывает краешек губы, когда его пальцы, приподняв край шорт, скользят между моих ног. Осторожно, медленно… ощущение, будто он боится спугнуть или наслаждается каждым сантиметром.
Фильм продолжается и сейчас на экране самая развязка, а Родькина рука сжимает мою кожу. Большой палец вычерчивает линии на границе трусиков так нежно и бережно, практически не касаясь, что у меня начинают дрожать руки.
Слава небесам, что Машка и Тёма так увлечены фильмом, что не слышат того, как громко выходят мои выдохи.
- Бл*, ну что за звук на фильме, а?! – ругнувшись, Родион прибавляет звук на несколько цифр, бросив мне понимающий взгляд.
И только звук стал чуть громче, как я его рука одним уверенным движением спускается ещё ниже. Тихо охнув, утыкаюсь носом в его плечо:
- Ты чего? Страшно? – громко спрашивает Родя. Издевается, гад, он просто надо мной издевается! А со стороны выглядит так, как будто этот, жутко участливый парень, проявляет безграничную заботу по отношению ко мне, бездушной гадине.
Машка кинула на нас быстрый взгляд и снова уставилась в телевизор.
- Родя, - охнула я шепотом, когда его указательный палец коснулся клитора через тонкое кружево, ещё сильнее сдвинув край шорт.
- Что? – так же шепотом ответил он, повернув голову.
Серые глаза горят адским пламенем, глядя в мои, и он эротично приподнимает подбородок, когда на клитор ложится второй палец. Он будто говорит, что я полностью в его власти.
Ему нравится смотреть. Вперившись в меня взглядом, он рисует круги на горошине, а я изнываю от жуткого, всепоглощающего желания.
- Перестань… - захлебываюсь, - Прошу тебя, - слов почти не слышно, но я умоляю, и он это видит.
- Нет, - говорит лишь губами, медленно качая головой. И это выглядит настолько убедительно, что я ему верю.
Желваки ходят на скулах, плечи напряжены, ровно так же, как и рука, которая выделывает всё это под одеялом.
Перехватываю руку и пытаюсь убрать, но это как сдвинуть камаз, кажется, его это завело ещё больше.
- Насть, - позвала Машка и я испуганно уставилась на неё, а Родя замер, перевел взгляд на телевизор.
- Кажется, у нас пиво было? – незаметно она кивнула мне в сторону кухни.