После семнадцатого свидания, а случилось это в субботу, после смены, когда я пришла домой около десяти вечера, из кухни выглянул Родя:
— Как всё прошло? — весело спросил он, помешивая что-то венчиком в большой железной миске.
— «Как всё прошло?», — передразнила я его себе под нос, стаскивая ботинки, — Заткнулся бы ты лучше, — продолжила я ворчать, стаскивая второй.
— И кто это у нас сегодня не в духе? ПМС? — поинтересовался он, а я вскинула голову. Парень стоял опираясь плечом об косяк и наблюдал за мной.
— Иди ты … лесом! — прошла мимо него.
— Расскажешь?
— Чего рассказывать? Девка на свидание пришла … ! — крикнула я, резко развернувшись по среди комнаты, — Девка, ты прикинь? Ну ладно, ты лесбиянка, я всё понимаю, но на фига создавать анкету от имени парня я не понимаю?
Родька пытался отвести сглаза, сдерживая улыбку, пока я, размахивая руками, орала по среди гостиной. И этим он взбесил меня ещё больше:
— А всё ты виноват, придурок! — я подскочила к нему и ткнула указательным пальцем ему в грудь, — Когда началась вся эта чертова канитель со встречами, ты постоянно оказывался рядом. Я даже Тёму упустила из-за тебя! — выкрикнула я и испуганно распахнула глаза, отпрянув от него. Да было поздно, слова уже сорвались с губ, а Родя помрачнел на глазах.
— Решила вдруг, что я виноват в том, что Бабл выбрал Машку? Хочешь его? — выпалил он, но глухим голосом, будто угрожал. И мне стало не по себе.
— Извини, я не то хотела сказать, — попыталась пойти на попятную.
— А что ты хотела сказать? … Ну? … Я тебе мешаю мужика найти? … всю неделю я не трогал тебя … целую, мать твою неделю я на стены лезу от стояка в штанах потому что ты, бл*ть, расхаживаешь в этих сраных розовых шортах, которые ни хера не прикрывают. С таким же успехом ты могла бы ходить голая. Целую, бл*ть, неделю, я ждал, что ты подойдешь первая! Я дал тебе время! И оказывается сам же остался виноватым в том, что это не Бабл тебя трахнул!
Я обалдела от того, что увидела Родика с совершенно другой стороны. ТАКОГО Шустова я не знала.
И самое странное то, что это гад завел меня этой гребаной руганью в мой адрес.
— Прекрати орать! — крикнула я в ответ.
Преодолела расстояние между нами, запрыгнув на него. Обвила его талию ногами, вцепилась в плечи, и заткнула его чертов рот поцелуем.
Его руки сжали мой зад, пальцы впились в мягкие округлости, я готова поклясться, что останутся синяки. Он развернулся и вдавил меня в стену всем своим весом, снова и снова набрасываясь на мои губы.
— Всю неделю ждал, — бормочет он между поцелуями, — Не смей говорить, что я помешал тебе с Тёмой.
— Нет, — отвечаю ему, хватая ртом воздух, когда позволяет.
Его губы касаются шеи. Язык рисует дорожки на коже, а зубы касаются пульсирующей жилы.
— Ты хочешь только меня, так ведь? — он прижимается сильнее, трется о мою промежность своим членом.
— Да, — выдыхаю я. Разве можно хотеть кого-то другого?
— Дааа, — с удовольствием в голосе, повторяет он, — Мне нравится слышать от тебя это слово … даааа, Родя, трахни меня! — он разворачивается, удерживая меня, и идет к дивану, — Так ведь, милая? — спрашивает он, между бешеными поцелуями.
— Да, — вновь повторяю.
— Хочешь, я сделаю это на диване? … где ты хочешь меня, детка?
Я тяну его за волосы к себе, вновь и вновь целуя.
— На диване, — произношу в ответ.
— Как скажешь, — он опускает меня, и почти грубо поворачивает, наклоняя на широкий подлокотник дивана.
Одним резким движением сдергивает с меня спортивки вместе с трусиками, и его ладонь ныряет между моих ног.
— О да …
Его пальцы выписывают круги, пока мой рот атакуют его губы и язык.
— Ненавижу тебя за то, что я рядом с тобой такая слабая, — отвечаю, кусая его губы.
— Рядом со мной ты настоящая, — улыбается он, и толкает меня вперед.
Падаю животом на подлокотник. Родька, стаскивает с себя клетчатые штаны. Я чувствую, как он входит. Сантиметр за сантиметром.