Теперь Бабл с Машкой и, кажется, у них намечается что-то серьезное. Я думаю, что они подходят друг к другу, оба помешаны на татуировках, оба рисуют и бьют. У них всё только начинается, но я более чем уверен, что Тёма испытывает к Машке самые искренние чувства. Я рад за неё … и за него тоже.
Друг прикусывает губу и вновь бросает в мою сторону настороженный взгляд. Хоть мы и давно не виделись, но я предполагаю, хотя, не так, я уверен в том, что знаю о чем он думает … об Аньке.
— Всё, я, кажется, сейчас лопну, — протянула Маня и встала, потирая живот, — Как хотите ребятки, но я на диван, — Тёма проводил девушку нежным взглядом, что не осталось незамеченным мной. Она ему и правда нравится.
Девчонки перебазируются, громко щебеча уже о каком-то новом фильме. Кажется, Аська отвлеклась и … её хотя бы не трясет больше.
— Это же она, да? — Тёма подошел ближе, сложил руки на груди, упираясь спиной о барную стойку.
— Не уверен, — качаю головой, потому что до сих пор не могу поверить в то, что Анька решилась на такое.
— Брось, друг, мне кажется, что ты уже сделал нужные выводы, — он демонстративно закатил глаза, будто я достал его, — Ты теперь живешь здесь, как тебе удалось свалить от неё?
— Сам не знаю. Просто собрал вещи и ушел … и я до сих пор уверен, что поступил правильно.
На секунду мне показалось, что Бабл начнет разговор о том, чтобы я вернулся к этой сумасшедшей, но я ошибался:
— Это давно надо было сделать, и я тебе неоднократно говорил об этом. Аня взрослый человек и старше тебя на пять лет, какого черта, чувак?! Я до сих пор в шоке, что ты так долго просидел около её юбки.
— Ты же понимаешь, почему я жил с ней, на фига сейчас читаешь мне морали? — взрываюсь, но стараюсь не привлекать внимание девчонок. Кажется, они совершенно не обращают на нас внимание.
— Я не читаю тебе морали, как ты выразился, я просто в шоке от того, насколько умело эта психопатка привязала тебя к себе.
— Как ты освободился от неё? — спрашиваю Тёму, — Она же изводила тебя этим суицидальным шантажом.
— Послал её … прости, что сейчас говорю об этом …
— Плевать, — отмахиваюсь, перебивая друга, — Мне уже давно плевать, я просто хочу вздохнуть свободно и вырезать её из своей жизни ржавыми ножницами.
— Ого, — выдыхает Бабл, — Крепко она тебя достала.
— Твой ад, в сравнении с моим, был просто раем, — киваю ему в ответ.
Тёма пристально смотрит на меня и продолжает дальше:
— Тебе нужно перестать слушать её угрозы, но, тем не менее, если уж она решилась на то, чтобы сбить Аську, то нужно быть наготове. Я бы на твоем месте вообще вычеркнул её из своей жизни. И тут два варианта исхода событий: либо она доберется до Аси, либо свалит в туман и оставит уже тебя в покое.
— До этого дожить сначала надо, — киваю ему, поджав губы, — А сделать это, не оборачиваясь каждый раз, очень сложно.
Утром, когда Аська зашевелилась в постели, я выдал:
— Ты же не думаешь, что отпущу тебя на оставшиеся свидания?
— Кто сказал, что я буду тебя спрашивать? — ответила она вопросом.
И я слышал этот сдавленный смешок. Она снова дразнит меня, и мне это жутко нравится. Она не дает мне расслабиться в том плане, что уже полностью добился её. Нет. Она раз за разом кидает мне очередное сомнение, что ещё не принадлежит мне, хотя на деле всё уже давно решено. Подтверждением тому является её учащенное дыхание и мой утренний стояк … что-то подсказывает мне, что это не просто мужская физиология, а еще и присутствие в постели этой девчонки в одной только моей майке … белые трусики в расчет не беру, уж слишком они маленькие.
— И не надо спрашивать… — придвигаюсь к ней чуть ближе и наклоняюсь, вдыхая какой-то сладковатый аромат.
Втягиваю носом воздух, чтобы запомнить, как она пахнет. Её гладкая кожа и пульсирующая жилка на шее так и манят, чтобы прикоснуться с ним языком … что я и делаю спустя пару мгновений.