— Мне достаточно того, что я вижу, как ты счастлива, подруга, — кивнула Машка и растянулась в довольной улыбке, откинувшись на спинку стула, — Блин, у меня рогалик со сгущенкой, — с досадой протянула она, откусив тесто, и посмотрела на меня.
Дальше её взгляд переключается на что-то за моей спиной:
— Ни хрена себе совпаденьице, — сплюнула она.
И я поворачиваюсь, проследив за её взглядом.
Валентин Петрович собственной персоной.
Валя, увидев нас, твердой походкой шёл на встречу.
— Хочешь, я Роде позвоню, у него рабочий день как раз к концу подходит? — быстро проговорила подруга.
— Не стоит, я сама разберусь ... когда-то это уже надо сделать.
Мы сидим не шелохнувшись, а Валя подходит всё ближе.
— Привет, — он останавливается у столика, встав между нами.
— Привет, — кивнула я и подняла голову, ожидая продолжения.
Машка напряжённо следила за нами, держа руку на телефоне. Что-то мне подсказывает, что Бабл у неё уже на быстром наборе, ровно так же, как и Родя у меня.
— Насть, давай поговорим? — не решительно начинает Валя.
Его взгляд переходит на подругу, и он добавляет:
— ... наедине.
Машка вопросительно смотрит на меня и, после небольшой паузы, я еле заметно киваю ей в ответ.
— Я у бара, если что, — кивает подруга в ответ и, приподнимаясь, направляется к милашке бариста.
Валик садится напротив меня, и я жду, с чего он начнет.
— И давно ты с этим своим другом? — но он начинает совсем не с того, с чего стоило бы начать разговор такого рода.
— Кажется, тебя это не касается, — предупредительно покачала головой в ответ. Не нужно лезть туда, куда тебе лезть не следует.
— Мы столько времени были вместе, неужели ты вот так сразу это всё забыла?
Его взгляд блуждает по моему лицу с какой-то усталостью и надеждой.
— А были ли мы вместе? — переспрашиваю я Валю.
— О чем ты? — глаза парня удивлённо распахиваются и он, не моргая, смотрит на меня, — Что ты хочешь этим сказать?
— Скажи мне, тебе важно, что о тебе думают на работе? Что о тебе думают твои коллеги?
— Естественно, — его глаза на секунду вспыхивают гордостью и лёгким возбуждением. Так всегда было, когда касалось работы. Он горд тем, как его принимают на работе, что его ценят. Он всегда из кожи вон лез, чтобы добиться определённого авторитета среди начальства.
Да, согласна, так делают все кто занимает более менее хорошую должность. Но многие ли отличают упорство и труд от жополиства?
— А знаешь ли ты о том, что терпеть не могу кофе с тремя ложками сахара, как любишь ты?
— Что? — он не понял ... он и правда не понял.
— Ты наливаешь ... наливал, — поправляюсь я, — ... кофе себе и мне по утрам, и клал в одну чашку три ложки сахара и во вторую чашку три ложки сахара. Я не люблю сладкий кофе, я пью только черный.
— Только не говори мне, что ты не хочешь возвращаться ко мне из-за такой ерунды, — для него это всего лишь ерунда.
Когда Родька узнал, что у меня аллергия на помидоры, они навсегда исчезли из поля моего зрения, когда рядом был он... а узнал он месяцев восемь назад. И теперь всё, что содержит томаты, строго под запретом.
— Я ненавижу запах креветок, но ты постоянно заказывал их в ресторанах, когда мы ходили обедать, — продолжаю я, — И этот "аромат", исходивший от тебя, сводил меня с ума весь вечер.
— Почему ты никогда не говорила об этом? — ошарашенно спросил Валя.
— Я сто раз говорила тебе об этом. Встречный вопрос — почему ты никогда не слушал, когда я говорила об этом?
— Неужели я был таким придурком? — горько усмехается он.
— Прости..., — сбавляю обороты, — Наверное, это было слишком резко сказано. Мы разные, Валя, и нам с тобой не по пути.
— Я о многом думал последнее время. Кстати, с Алисой у нас ничего не вышло ... я ... не смог тебя забыть.