Ты, мать твою, чуть не сбила меня недавно, как у тебя только смелости хватает улыбаться мне в лицо?
— Да, конечно, — но вслух я ответила иначе.
Налила девушке кофе.
Мы с подругой по-прежнему молчали. А о чем говорить? Даже если бы я сделала вид, что не имею ни малейшего понятия, что это за девушка, то было бы, как минимум неуместно продолжать беседу о татуировке на заднице Бабла.
— Что-то мне подсказывает, что ты в курсе кто я? — вдруг спросила девушка.
Я кивнула, но не сказала ни слова, боясь непредвиденной реакции.
— Замечательно, — хохотнула она.
Я бы ни в жизнь не сказала, что она чокнутая. То есть сейчас, она выглядит абсолютно нормальной. Нет вообще никаких признаков того, что она неадекватная.
— Когда он рассказал тебе?
— Недавно.
Машка всё молчала и не встревала в разговор, но продолжала сидеть, за что я ей безмерно благодарна. Незримая поддержка придавала сил и уверенности.
— До того, как признался в любви или после?
А в моей голове сразу вспомнился тот эпизод, когда я выпалила на одном дыхании признание в любви. Шустов тогда не сказал ничего в ответ. Его обычные шутки и пара ласковых слов. Он свёл всё на «нет» и я так и не услышала ответа. Это до сих пор гложет меня изнутри. Наверное, стоило поговорить с ним в течение этих двух дней, но в свете последних событий, я уже ни в чем не уверена.
— Ты смотришь на меня так, будто я чокнутая, — ухмыльнулась она, сделав ещё глоток кофе.
— А разве это не так?— выпалила я, мысленно прикусив свой длинный язык.
— Хм, интересно, что он наплел тебе? Что я свихнувшаяся сестра, что преследует своего младшего брата, и не дает ему жизни?
Удивительно, но она в одно предложение уместила всю ту речь, что толкал мне Шустов, попав в самую точку. По-видимому, это отразилось на моём лице, потому что она довольно улыбнулась.
— Всё верно, — кивнула она, довольная своими догадками, — И ты ему поверила?
— Знаешь, я скорее поверю своему парню, за которым не замечала ни одного подозрительного действия, чем его сестре, которая пыталась меня убить…
— Убить? — она удивленно распахнула глаза, — Позволь поинтересоваться, когда это было?
— Я знаю, что в жигулях сидела ты.
— Поподробнее, потому что я ни черта не понимаю, о чем сейчас речь, — она даже чуть придвинулась ближе, играя внимательность.
— Не притворяйся, нет смысла разыгрывать комедию, — покачав головой, я продолжила, — Что тебе надо?
— Боже, — расслабленно хохотнула она, — Расслабься девочка, я вовсе не собираюсь кидаться на тебя с ножом … не сейчас.
— Что? — ахнула я и, в горле вмиг пересохло. Сердце заколотилось, как бешенное, а подруга подавилась кофе.
— Так, хватит … — Машка повернулась к блондинке, — Вали-ка ты отсюда.
— Защитники? — вопросительно кивнула она на подругу, — Прелестно. Но давай, всё-таки, разберемся с нашим вопросом. Я понятия не имею, что наплел тебе Родя, меня не было в той машине, которая пыталась тебя сбить. Да, это я написала ту записку. Но поставь себя на моё место. Всё время мы были вместе, а тут вдруг он собрал вещи, и свалил из дома без всяких объяснений.
— Он твой брат, а не муж, — не выдержала я, — С чего ты взяла, что он должен отчитываться перед тобой?
— Потому и должен, что брат, — пожала она плечами.
На какой-то момент я ей даже поверила. Она ловко посеяла зерно сомнения во мне. А правду ли сказал Шустов? Правда ли то, что его сестра чокнутая? А что, если это действительно была не она, то есть не она пыталась сбить меня? Ну, записку я могу понять. Это обычные эмоции.
Черт возьми! Кому верить теперь? Как разобраться, кто из них говорит правду, а кто врет? Как разложить всё по полочкам, что не обидеть Родика и не обвинить другого человека незаслуженно?
Блин, а если Родька действительно, всё раскрутил так, как надо ему? Да нет! Быть этого не может, чтобы очкарик был таким заговорщиком и провокатором… да не, я ни в жизнь не поверю, что Родька настолько искусный манипулятор.
А что, если … не, не верю! Но чертова девка всё-таки заставила меня сомневаться.
— Вижу, ты всё-таки задумалась над моими словами, — улыбнулась девушка.