– Мне лучше будет представить ситуацию, если ты немного расскажешь о своём побратиме. Какой он? Как ведёт себя с женщинами? Рад ли он был обрести истинную, хоть и из другого мира?
– Воу-воу! Притормози! – усмехнулся Бен. Дай хоть не первые вопросы ответить, – улыбнулся он лучезарной улыбкой.
– Ну, так…– сгорала я от не терпения.
– Дар любит своих наложниц… но, не более, чем пегасов в своём стойле, – усмехнулся волк. – И, года не прошло, как он взошёл на трон. Власть не лучшим образом отразилась на его и без того, сложном характере. Он стал жёстче, злее, не сдержанней. Особенно после того, как его прокляла горная ведьма…
– Что он сделал?
– Хотел взять силой её дочь, – выдавил из себя волк. – Она, как и ты, обладала магией перевоплощения, и Дар почувствовал в ней драконницу. Только вот девушка была от этого не в восторге. Убегая от него, оступилась и сорвалась в обрыв.
– Какой ужас! – не сдержала я эмоций, спрятав в ладонях рот и нос. Вот же сволочь, – прошипела я. – Как ты так можешь? А?
– В смысле, как? – не понимающе, уставился на меня Бен.
– Как можно быть верным существу, способному на такие злодеяния?
– Мы скреплены клятвой побратимов с малых лет. Это клятва нерушима.
– То есть, что бы не вытворял один из вас, остальные молча буду его покрывать, закрывая глаза на его бесчинства?
– Да.
– Всё настолько плохо? И, вы никак не можете повлиять на сбившегося с пути побратима?
– Нет.
– – Ну, как ты не понимаешь?! Если его свергнут и посадят за злодеяния, то с ним и вас посадят.
– Почему сразу «посадят»?
– ПОТОМУ, ЧТО ПРЕСТУПНИК ДОЛЖЕН СИДЕТЬ.
– Ничего, ничего. В казематах из него человека сделают! – взвела я перст к небосводу, окрасившемуся в яркую охру, еле сдерживаясь, чтобы не заржать на всю поляну, особенно на фоне того, как на меня пялился волк, излучая трепетное благоговение.
– Вот тебе и ответ на вопрос: почему сбежала иномирянка. Уверена, твой побратим и в этот раз проявил не лучшие качества дракона, тем самым напугав чужестранку. Вот она и свалила от него по-тихому. В своё время и я предпочла свободу золотой клетке. Так, что могу лишь пожелать девочке удачи и ума палату, чтобы не попасть в лапы более изощрённому хищнику. Все вы самцы одинаковые. Понадобиться ещё не одна сотня лет, чтобы вы наконец-то по достоинству оценили роль женщины в своей жизни, как и в жизни планеты в целом.
– Я уже ценю, – хитро улыбнулся мне Бен, вынудив мои брови затеряться в рваной чёлке. – У меня есть сестра и мама, которых, я очень люблю и уважаю. Я вырос обласканным женской любовью.
«Мой волк», – утробно заурчала во мне волчица, словно подталкивая меня к Бену, пытаясь взять под контроль моё тело. От перспективы стать марионеткой, по сути, выдуманной личности, мне стало как то не по себе. И, я решила поскорее сделать ноги от источника волнения.
– Я рада за тебя, за твою маму, сестру, жену и других родственников, – вскинула лук на одно плечо и вещмешок на другое. – Рада была пообщаться, но мне пора. Надо ещё найти место для ночлега.
– А, почему бы тебе не переночевать эту ночь в нашем лагере? – поступило предложение.
«Я «ЗА!», – проголосовала социально адаптированная волчица.
Я осмотрелась. Солнечный дуэт, давно скрывшись за горизонтом, оставил после себя сумеречный след, что лёгкой дымкой оседал на поляну и струился меж вековых деревьев. Поняв, что в потёмках, всё, на что я буду способна, так это вскарабкаться на дерево в ожидании рассвета, я с опаской приняла предложение.
Две огромные луны, не заставив себя долго ждать, показались из-за чёрных верхушек елей.
– Ну, тогда отправляемся в лагерь, – радостно заявил вожак. Только будет быстрее, если ты обернёшься волчицей. Она у тебя такая аппетитная, и очень нравиться моему волку.
– Ну, спасибо! Только держи своего волка подальше! Она у меня ещё маленькая, чтобы думать о мальчиках, – усмехнулась я, вновь представив себя золотистой волчицей.
– Дамы вперёд! – усмехнулся вожак, пропуская меня вперёд.
– КОМУ ДАМЫ, А КОМУ И В ЖИЗНЬ БЫ НЕ ДАЛА БЫ! – рявкнула про себя, рассмешив кобелей с потрясающим слухом.
Стоило волкам войти в лес, как они словно кони, пустились вскачь. Чтобы не отстать от них, отпустила свою волчицу порезвиться. По тёмному лесу, который я, скорее чувствовала, чем видела, летела так, что ветер в ушах свистел. Ликующая радость зверя, вырвавшегося на свободу, отзывалась и в моей душе. Единственное, что меня начинало напрягать, так это сила моей зверюги, которая принялась подавлять во мне человека. Её инстинкты позаигрывать с сильным альфа-самцом шли в разрез с моими желаниями, но она продолжала призывно вилять перед ним хвостом, проламывая своим мохнатым телом бурелом. Несколько раз вожак нагло зажимал мою самочку. Не знаю, что у этого кобеля было на уме, но мой человеческий гнев на него, как на одного из похитителей, всё же взял вверх над животной сущностью и я со всей дури двинула его плечом, пустив волчару разрядиться в ближайшие кусты. Он же приняв это за игру, попытался сделать и мне подсечку. С пятой попытки ему удалось повалить мою волчицу на землю, но и я не собиралась сдаваться…