– Усспела обзавесстись молодым любовником? – прозвучало утвердительно и жёстко с подачи Рика.
– А, вот это не твоё гадючье дело, – парировала я. – Я – свободная женщина. И, по законам Мирты имею полное право налево, – пошутила с непрошибаемым фейсом. Но, по тому, как поперхнулись смехом волк и ирлинг, шутка зашла.
– Ну, и чего стоим? Кого ждём? Бежим уже спасать! – объявила я полный сбор.
– Кого спасать? – опешили чудаки на букву «М».
– Кошку, блин! – фыркнула на них. – Дракона вашего! Кого же ещё! Вы там кашу ели или что запрещённое пили? – усмехнулась я.
Аскарий, очертив в воздухе окружность, образовал портал, откуда веяло прохладой так, что я поёжилась, предчувствуя, что меня снова укачает от этого перехода.
– Надеюсь, меня не продует от вашей прогулки. Я могла бы и своим ходом.
– Побереги резерв. Он тебе ещё пригодиться, – взял меня за руку Бен, делая шаг в морозную дымку.
Оказавшись в огромном, мрачном зале в стиле пламенеющей готики, выдохнула, поняв, что за всё время перехода не сделала и вздоха. Прислушалась к себе – не мутит. Ну, уже, что-то. Как говориться, кошка тоже пылесоса боялась, пока не втянулась.
Как только все были в сборе, выйдя из зала в коридор, словно оказалась на городском перекрёстке в час пик. Все куда-то неслись. Удивительно, как ещё умудрялись не врезаться друг в друга, выскакивая из-за угла. Дворец напоминал жужжащий улей. Правда, увидев нас, движение встало на паузу. Если бы к строкам прилагался звук, это был бы звук визжащих тормозов. Все, дружненько прильнув к стенам, застыли в поклоне разной степени оседания, освободив нам дорогу. Поднявшись этажом выше по боковой лестнице, мы наконец-то добрались до императорских покоев, о чём можно было судить по высоченной дубовой двери, наличник которой венчала деревянная корона, инкрустированная зелёным турмалином с бордовыми прожилками.
«Словно камень окропила кровь поверженного врага», – подумалось мне.
Чем ближе мы подходили к двери, по полотну, которого крутили хвосты рельефные драконы, тем слабее становились мои ноги, словно владелец апартаментов, почуяв приближение жертвы, принялся тянуть с меня силы на расстоянии. Возможно, так и было, поскольку, возмутившийся феникс, готов был в любую минуту вырваться наружу, встав на мою защиту.
Два стражника, закованные в позолоченные доспехи, выпрямились по стойке смирно. Держа пики в одной руке, другой потянули тяжёлые створки на себя, ухватившись за толстые, золотые кольца, торчащие из зубатых пастей деревянных рептилий.
– Вы уже здесь! – встретил нас Арсланд, сияя, словно тульский самовар на Масленицу.
– Ваше величество! – приветствовала его лёгким книксеном.
– Так, вот ты какая! – обхватив меня за плечи, старый император не позволил мне опуститься перед ним на столько, насколько требовал дворцовый протокол. – Это не ты, я должен тебе кланяться, – выдал Арсланд. – Ну, надо же, феникс! Кто бы мог подумать, – импонировала мне его открытая улыбка.
Ещё тогда, год назад, когда моя юная драконица, откликнувшись на зов дракона Дара, прилетев во дворец, стала свидетелем постановки «Отцы и дети», я поняла, что Арсланд хороший человек. Ну, типа человек. Человечный, в общем, дракон. Поэтому, когда он обнял меня как родную, я не ощутила к нему неприязни. Жизнь – сложная штука. Порой и отцы не в ответе за своих детей. Особенно, когда тем уже не одна сотня лет.
– Ну, ладно, я вас оставлю, – оторвался от меня император. – Вверяю сына, императора и всю империю в твои руки! – выдал он напоследок и скрылся за дверью.
– И, что дальше? – задала я вопрос, стараясь унять дрожь, обхватив себя руками.
– Существует два способа восстановления резерва: долгий и быстрый. Но, второй, боюсь тебе не понравиться, – усмехнулся Аскарий.
– И, почему же? – уставилась я на него, ожидая ответа.
НУ, ВОТ КТО МЕНЯ ЗА ЯЗЫК ТЯНУЛ?!
– Он требует полного слияния, – ответил ирлинг, пройдясь клыком по нижней губе.
– ИСКЛЮЧЕНО!!! – произнесла я гораздо громче, чем хотелось.
– Тогда остаётся первый вариант – переспать с ним.
– Крылатый, ты меня не расслышал, что ли?! – возмутилась я. – Я. НЕ СОБИРАЮСЬ. СПАТЬ С НИМ! – отчеканила для особо «одарённых», вспыхнув огнём.
– Ты не поняла, – взял слово Бен. – Тебе нужно только касаться его. А, это может растянуться на часы. Поэтому, логичней было бы лечь возле него.
Вдох, выдох. Вдох, выдох, – медитация – наше всё.
– Ладно! – рявкнула, немного успокоившись. Подойдя к кровати, скрывающей за пологом из зелёного бархата с каймой золотой бахромы, больного… на всю голову, дракона, взяв себя в руки, откинула портьеру в сторону. То, что я увидела, кольнуло меня в самое сердце. Того, кто лежал, утопая в перине, с трудом можно было назвать еле живым. Это была мумия, обтянутая серо-зелёной кожей. Ленин, по сравнению с Даром, выглядит огурцом.