– Мам, ну вы где? – ворвалась в комнату Алёнка. – А, что тут происходит? – уставилась она на коленопреклонённого парня.
– Да, вот. Влюбился, говорит! Сил нет. Видишь, даже ноги не держат, – стебалась я над парнем.
– В кого влюбился? – застал нас врасплох её вопрос.
Эрик, плавно поднявшись на ноги, с кошачьей грацией подошёл к Алёне, и приобняв за талию МОЮ дочь, томно произнёс: – «В тебя, котёнок».
АСТРА, ДАЙ МНЕ СИЛ!
– Я пока дала согласие лишь на вашу дружбу! Никаких шуры-муры до свадьбы! Ясно вам?!
– Ясно! – ответили они хором.
СПЕЛИСЬ УЖЕ, ЗНАЧИТ. МОЛОДЦЫ!
– И, про учёбу не забывать! А, теперь живо за стол! Уже без десяти двенадцать. Нужно ещё успеть этот год проводить.
Проводив старый год под звон хрусталя и речь Путина, замерли, отсчитывая последние минуты, что отделяли нас от нового.
– Загадывайте желание! – скомандовала Алёнка, кидая в шампанское плиточку шоколада. А, я сижу, гляжу, как поднимаются пузырьки со дна фужера, и впервые не знаю, что загадать. Ну, что может пожелать богиня? Здоровья родным и близким. И, мира во всём мире.
– Ура!!! – закричали мы с дочей под бой курантов. И, тут же окно за спиной Ара, озарилось исками салюта.
– Они, что, на улице «Новый год» встретили? – подскочила к окну Алёнка, держа за руку Эрика.
– Похоже на то, – ответила я, играя в гляделки с троицей похитителей. – Ну, и, какие планы на жизнь? – убавила я звук телевизора, чтобы «Голубой огонёк» не отвлекал парней от моей персоны. А, там и без звука было на что посмотреть. Одни полуголые девушки из кордебалета чего стоили. У парней челюсти так и отвисли при виде аппетитных окружностей и ног от ушей, оформленных в страусиные перья.
– Наша цель – это ты, – ответил за побратимов ирлинг, еле оторвав взгляд от голубого экрана.
– А, ты то, когда успел воспылать ко мне страстью?! – удивилась я, глядя на Аса. – Про истинность мне можете сказки не рассказывать. Я оборвала наши связи ещё в день апокалипсиса.
– Но, нас по-прежнему тянет к тебе, – отозвался волк.
– Чего не могу сказать о себе. Простите парни, но у вас это чистая психосаматика. Самовнушение, короче говоря.
– Ты отказзываешшся от нас, – прошипел Рик, пытаясь держать хорошую мину при плохой игре.
– Отказываюсь, – произнесла я не без труда. Мои симпатии были на стороне Бена. Но, выбери я сейчас одного из побратимов, либо спровоцирую между ними скандал, либо дам желаемую надежду на принятие в семью. А, меня не устраивал не тот, ни другой вариант развития событий.
– ЭТО НЕ МОЯ ИСТОРИЯ ЛЮБВИ! – улыбнулась парням. – А, их история только начинается, – кивнула я в сторону влюблённой парочки, что восторженно наблюдали за фейерверком.
Часом позже
– Мам, ну почему ты не можешь дать им шанс? – высказалась Алёнка, натирая чистые тарелки.
– Кому из них?
– Мне кажется, что они все тебя любят.
– Так, ты предлагаешь дать шанс всем троим? – усмехнулась я, – намывая тарелку.
– Почему бы и нет, – огорошила меня дочь. – Ты же сама говорила что для Мирты нормально иметь много мужей.
– Так-то оно так. Но, я ещё не готова к новым отношениям, – взялась я за бокалы, натирая их до скрипа. – Возможно, когда-нибудь…
– Ну, хоть что-то! – выдохнула Алёнка. – Значит, всё не так безнадёжно. И, всё же я не понимаю, как они не смогли соблазнить свою истинную? Тебе не понравилось, как они за тобой ухаживали?
– Мужчины из высшей касты привыкли брать, а не ухаживать. Так, что тебе с Эриком в этом плане повезло. Чем проще парень, тем внимательней он к своей девушке.
– Мам, послушай меня, – отложила она в сторону посуду. – Мужчины, в плане завоевания женщины – приматы. Если, ты что-то хочешь от них, не нужно молчать. Нужно озвучивать свои желания.
– И, когда это ты стала такой умной?! – усмехнулась я, стукнув пальцем по моему сладкому, слегка вздёрнутому вверх, носику.
– Тик-ток в помощь, – рассмеялась Алёнка. – Ну, а, что? Ты же давно хотела заняться своей личной жизнью. А, сейчас, когда ты такая красотка, сам бог велел. Ну, или богиня, в твоём случае.
– Хотела, до того, как меня похитили и умыкнули в другой мир, – вздохнула я, вспоминая неприятную встречу с драконом, подробности которой, я, разумеется скрыла от дочери.
– Ты их никогда не простишь? Да?
– За то, что разлучили с тобой, нет.
– А, как же божественное всепрощение?
– Так, то не ко мне. Я же богиня Возрождения, а не Прощения. Моё доверие к мужскому полу безвозвратно утрачено.
– Ну, так, что тебе мешает возродить в себе утраченное чувство доверия.