– Что случилось? – кинулась я осматривать Алёнку.
– Почему, обязательно, что-то должно случиться?! – засмеялась дочь, вырываясь из моих объятий.
– Отставить панику! – перешагнул портал отец. – Мы по делу.
– Привет птаха! – поздоровался Эрик и, встав позади своей истиной, по-свойски, обняв её за талию.
– Ну, раз катастрофа отменяется, – предложила присесть своим гостям, жестом указав на диван, – тогда ближе к делу, – села в кресло напротив.
И, вот мы уже два часа подпираем прохладные стены пещеры, ожидая, когда же мой отец вспомнит «код от замка» своей заначки. Мы с дочей даже успели опробовать и «Сим-сим – откройся» и «Сезам». Ну, мало ли. А, вдруг бы они оказались универсальными кодами. Недаром же их так часто применяют в сказках.
– Ну, Петь, ты даёшь! – посмеивалась над ним мама, которая вышла из портала последней, прихватив с собой тазик беляшей и пирожков, что нажарила для внучков.
– Нинель, ты же не хуже меня знаешь, сколько у нас было таких пещер,– возмутился отец, выкрикнув очередное заклинание.
– И, большая заначка? – поинтересовалась я. Ну, мало ли. Может оно того и не стоит.
– Вам девчушки на жизнь хватит, – ответил папа, запустив в гранитный монолит разряд молнии.
– Фух! Еле тебя нашла! – послышался в голове голос Астры. – Чем страдаете?
– Отец пытается вскрыть своё хранилище.
– И, в чём проблема?
– Пароль забыл.
– Ох уж эти потомки драконов со своими сокровищницами, – вздохнула богиня. – Уколи чем-нибудь свой палец, и приложи к тому камушку с красными прожилками.
БОГИНЯ СКАЗАЛА, БОГИНЯ СДЕЛАЛА!
Стоило мне коснуться окровавленным пальцем гладкой поверхности горной породы, как всё задрожало, посыпалось. Я тут же накрыла нас защитным куполом, с ужасом наблюдая, как отскакивают от него крупные фрагменты горной породы. Каменная створка амбарных ворот медленно, но верно, отъехала вправо, открывая нам вид на пещеру «Али-бабы».
– Заначка говоришь! – усмехнулась я, охватив содержимое сокровищницы драконьем взором. И, чтобы все увидели, что вижу я, запустила с десяток световых шаров под купол пещеры. Этого вполне хватило, чтобы осветить всё пространство, заваленное горами золотых монет, сундуками с самоцветами и готовой ювелиркой.
– Здесь шесть залов. Три тебе, три Алёнушке, – распорядился отец, довольно улыбаясь.
– Кис, мне идёт?! – поинтересовалась Алёнка у своего жениха, нацепив на голову золотую тиару инкрустированную рубинами и изумрудами.
– Тебе очень идёт, – мурлыкнул Эрик, поцеловав её в носик.
– Я, надеюсь, здесь нет ловушек? – поинтересовалась я за минуту до того, как золотые завалы зашевелились, словно под ними что-то проползло.
– Назад! – закричала я. Но, было уже поздно…
Я с ужасом наблюдала, как из горы золота выползает гигантская чёрная анаконда, отсекая своим мощным телом меня от моей дочери. Попыталась достучаться до её разума – глухо как в танке. Ни ответа, ни привета.
– Да чтоб вас! – проворчала я, перекидываясь в нагайну.
– Эта сокровищница моя по праву крови! – заявила я, требуя змею покориться мне. – Убирайся или умри, – вспыхнула я огнём. И, вот только тогда почувствовала эмоции дикой гадины, и это был страх.
– Это моё гнездо. Я не уйду без своей кладки, – прошипела самозахватчица.
– Я – богиней Возрождения! Склонись передо мной, и я пощажу тебя и твоё потомство, – приказала я, беря монстра под контроль. – Показывай, – приказала я. Она кивнула, приглашая следовать за ней.
Кладка была довольно большой. Я насчитала двадцать одно яйцо. Бинго!
– Хорошо! Оставайся здесь на правах хранителя! Да будет так! – произнесла я, возвращая себе человеческий облик… Змея склонила предо мной свою голову размером с малолитражку. Только я намеревалась поставить ей клеймо фамильяра, как в голове вновь возник образ моей божественной наставницы.
– Настя, остановись! Присмотрись хорошенько к этой нагине. Я чувствую в ней и её потомстве людскую сущность. Но, к сожалению, не все яйца развиваются правильно. Объясни ей это.
После слов Астры перешла на зрение феникса и пришла в ужас от того, какая тьма окутывала её истончённую ауру, переливающуюся розовым перламутром. Заглянула в резерв, и словно вновь увидела внутренности дракона. Золотое яйцо резерва было покрыто пластом застывшей лавы. Пробилась внутрь, а там под засохшим деревом рода свернувшись калачиком спит прекрасная смугляночка, годков восемнадцати на вид.