— Хорошо, - раздалось спустя некоторое время. Антон явно размышлял над словами, — я спрошу у нее.
Мать задумчиво вытянула губы и округлила глаза. Он у нее спросит? Да, что же это за девушка такая? С нею следует познакомиться как можно скорее. Это не простое увлеченье, надо это дело держать на контроле.
Глеб Вениаминович резко остановился и развернулся. Вся группа тоже застопорилась на месте. Передний ряд студентов стал как вкопанный. Задние же, не успев притормозить натолкнулись на спины передних. Случилась небольшая сутолока, вызвавшая кривую довольную усмешку преподавателя.
Настя посмотрела на экран пискнувшего телефона и спохватилась. Она забыла ответить Антону.
«Глеб Вениаминович»
Стала быстро стучать по экрану двумя пальчиками она.
«Он такой. Такой…»
Девушка не смогла найти подходящего определения и напечатала, первое, что пришло в голову.
«Загадочный. На популярного актера похож»
«Ты где?»
Тут же прилетело от Злого.
«У старой оранжереи».
— В вашем городе, – начал говорить преподаватель, – много удивительных мест с точки зрения науки, которую я изучаю. И это в какой-то мере переплетается с тем предметом, что вы сейчас проходите. Ефременко.
Настя вышла вперед и подняла руку вверх.
— Я тут.
— Вы заполнили мой ежедневник? Прошу его мне вернуть.
— Да, конечно.
Настя сняла со спины рюкзак и полезла доставать тетрадь. При этом ее щечки слегка покрылись румянцем. Она не отказала себе в удовольствии провести с этой тетрадкой почти весь вечер. Запах, так пленивший ее не улетучивался, и она не могла надышаться этим волнующим парфюмом.
В итоге она не заметила, как забрала тетрадку к себе в постель и проспала с нею в обнимку всю ночь, видя сны. Про зимний лес, громадный волшебный камень и вокруг толстые вековые ели. И она среди них, в красивом платье, счастливая, пляшущая среди вьюжных вихрей. И так внутри хорошо и спокойно. И сон, казалось, пугающий с сумрачный, но ощущения после пробуждения оказались приятными.
— Вот, – отдала она тетрадь и отступила.
— Благодарю, – засунул подмышку тетрадь Глеб Вениаминович, – пройдемте.
Все подошли к старой заброшенной оранжерее. Она была выстроена еще до революции и некогда поражала величием и красотой. Каркас оранжереи был выполнен частично из металла, частично из дерева. Старинные кованные винтовые лестницы, витражные окна. Все говорило о былом богатстве этого места. Группа прошла вдоль заброшенных и уже частично восстановленных залов и вышла на берег небольшого озера.
Береговая линия его была не ровной и само озеро было неправильной формы. На это первым делом указал преподаватель. Все его внимательно слушали. Урок в таком формате пришелся по вкусу абсолютно всем.
Настя ощутила на плечах теплые руки и задрала голову. Увидеть ей удалось лишь подбородок. Она выпуталась из крепких объятий и посмотрела на Антона.
— Ты пришел.
— Ты не против?
У Антона был такой смешливый взгляд, что Настя тихо рассмеялась, прикрыв ладошкой рот.
— Это общественное место, – пожала она плечиками, – только у меня сейчас урок. Ты же помнишь?
— А может мне очень хочется вспомнить студенческие годы, – пытался все ближе притянуть ее к себе Злой, – давно это было. Три года назад, а кажется сто лет уже прошло. У тебя холодные руки.
— Я как обычно замерзла, — поежилась Настя, — у меня всегда холодные руки.
Она попыталась деликатно высвободить свои ладошки. Ей все сложнее было держать с ним дистанцию. Антон, словно грипп, надвигался на нее неотвратимо. Стремительно, резко и безапелляционно. Он ненавязчиво обнимал, касался ее, брал ее холодные ладошки в свои и грел. Его взгляды и забота, подкупали.
Дарил ей безделушки. За эти несколько недель он полностью проник в ее жизнь. Буквально везде он был. В телефоне, на квартире, в голове, даже в конспектах были магнитные закладки, подаренные им. А на рюкзаке его брелок-пушистик. При этом он не давил. Только Настя все больше ощущала, что сделай она два шага назад, он приблизится на полтора. Всегда рядом, всегда настолько близко, что голова кругом и при этом он что-то ждет. Лена столько гадостей пыталась про него и его друзей наговорить. А его поведение полностью противоречит ее словам. Настя была в замешательстве. Некогда она четко дала себе понять, что они не пара. То теперь ее гложили сомнения.