— Что здесь происходит?
Проговорила она со своим характерным акцентом, внимательным взглядом окидывая как само КПП, так и стоящие возле него на выезд машины. С презрительной ухмылкой и явно оценивающе разглядывая ее от стоящей машины к ней направился Урюк. С ходу, начавший едва не кричать на нее.
— Слышь подруга у нас времени в обрез, мы люди занятые. А твой вертухай мне пургу несет про какой-то приказ. В натуре, если сейчас не откроете проезд я со своей братвой просто разнесу всю эту вашу хрень. Тебе ясно?
Слон наблюдавший за этой сценой с екнувшим сердцем увидел, как эта баба, виновато улыбнувшись бандитам, подняла руки в успокоительном жесте, выражая полную покорность.
— Вы извините, произошло недоразумение. Сейчас я все исправлю, и вы проследуете по вашим делам.
И уже для него приказным тоном.
— Солдат уберите ограждение. Я разрешаю этим людям следовать на кластеры.
После чего эта паскуда снова извиняюще улыбнулась Урюку, смотрящему на нее с похотливым, многообещающем в ближайшем будущем призрением, дружески помахав на последок рукой отморозку она отправилась к своей патрульной машине. Шагая к заграждению, мужчина чувствовал себя извалянном в дерьме. Теперь только бежать из стаба куда глаза глядят, Урюк его неподчинения не забудет тем более у всех на виду. Убивать будет показательно что бы остальным неповадно было, что бы каждый проникся кто реальная власть в стабе и рта против раскрыть не смел. Едва он взял в руки запирающей замок как за спиной разразился грохотом крупнокалиберный пулемет. Рефлекторно рухнув на землю и перекатившись в сторону, Слон, приподняв голову обомлел от увиденного. Стоящая за пулеметом патрульного пикапа внешница, хладнокровно расстреляв прикрытие бандитов Урюка вместе с ним самим теперь уже перенесла огонь на грузовики, разрывая их вместе с сидевшими там подельниками очередного блатаря, крупнокалиберными, бронебойными пулями.
Когда все в момент стихло до звенящей в ушах тишины, стоящие автомобили представляли из себя сито с просвечивающими сквозь них световыми лучиками в которых клубилась поднятая выстрелами пыль. За одним из них кто-то, разрушая гармонию наступившей тишины, громко завизжал от боли. Женщина, пулей спрыгнув с пикапа, выхватив пистолет и смещаясь в сторону, устремилась к недобитым бандитам, без эмоций на лице словно робот, производя контроль выстрелами в голову. Убедившись, что живых не осталось она своей пружинящей походкой подошла к продолжающему лежать Слону, рявкнув как заправский сержант в учебке.
— Солдат! Встать! Смирно!
Мужчина сам не осознавая своих действий вскочил перед Илонной, прижав руки по швам и вытягиваясь по струнке. А капрал меж тем продолжила.
— Трупы в сторону. Машины оттянуть на стоянку, потом тыловики разберутся с этим добром. Тебе и твоему наряду я в наказание объявляю дополнительное дежурство за невнятные действия в экстренной ситуации.
Затем, захватив накрепко за отворот камуфляжа она рывком притянула к себе поближе ошалевшего Слона, зловеще заговорив ему в ухо.
— Запомни солдат. Мы здесь навсегда. За невыполнения моего приказа как коменданта поселения, я тебя просто убью, пристрелив как последнего бегуна на кластере. А вот за невыполнения приказа моего генерала, тебе лучше даже не знать, что будет, поскольку смерь тогда для тебя станет несбыточной мечтой.
Отпустив свой захват, женщина старательно расправила отворот куртки Слона, внезапно улыбнувшись по-доброму, при этом добавив.
— Думаю ты в полной мере уяснил сказанное мной. Налаживай службу солдат и больше по таким пустякам не дергай меня у тебя есть устав. Пулемет я вижу вы уже установили.
Слон после сказанного, почувствовал, как к нему вновь вернулась жизнь, а мир вокруг расцвел яркими красками. Ну твари бандитские, попили нашей крови вдоволь, хватит, захлебнетесь теперь, кончилась ваша власть теперь будем жить как нормальные люди. После, он, нервно моргая глазами смотрел как пружинистой походкой, новый военный комендант Мирного, уверенно отправилась в патрульный пикап с еще дымившимся пулеметом в кузове. И никто не ведал с какой бешенной частотой бьется сердце в груди у капрала Илонны, состроившей самое безмятежное лицо. Усевшийся вольготно на переднем сидении патрульного пикапа, поскольку женщина чувствовала еще немного и у нее начнутся от волнения подгибаться ноги. Одна в поселении туземцев, заставляющая этих варваров жить по цивилизованным законам, законам ее генерала.