Генерал коротко кивнул, не дрогнув ни мускулом.
Советник повернулся к нему.
– Так что, Нил, твои предположения о том, что Брайан использует утечку информации, могут иметь серьезные основания. Наверное, нам стоило сказать тебе об этом раньше.
Генерал понял, как именно он должен ответить:
– Мы учтем эти сведения. Впрочем, я надеюсь, что нам не придется ссылаться на них в следующем отчете. Мы усилим контроль над внутренней информацией, круг людей с доступом будет сведен к минимуму.
Сенатор одобрительно наклонил голову и непривычно мягким тоном попросил:
– И еще, Нил... я отлично понимаю, что это несовместимые требования, но взять его нужно не только живым, но и, по возможности, не восстанавливая его против нас. Только живой Брайан сможет рассказать нам об источнике этих прогнозов – каким бы он ни был. Ошибки уже допущены, нечего их усугублять. Если меня не подводит моя интуиция, скоро у нас на просчеты не останется ни права, ни времени, – интонации в его голосе вернулись к прежним: – Тайлер, ваша группа должна быть сформирована в течение ближайших пяти дней. Финансовые вопросы не существенны.
– Это понятно, списком займусь сейчас же.
– Времени на уговоры и очные встречи у вас не будет. Надеюсь, ваш авторитет среди этих докторов и профессоров позволит максимально упростить формат объяснений. Это, кстати, пойдет на пользу – никакая информация не должна выходить за круг избранных лиц. К концу недели у нас должна быть готова группа, способная расколоть этот орешек. Не ограничивайтесь никакими специальностями: математики, лингвисты, кибернетики, социологи… хоть гинекологи с ядерщиками – если они нужны проекту, подключайте, не задумываясь. Даже если через несколько дней их работы выяснится, что это не более чем пустой трюк – тем лучше для всех нас. Поблагодарим за работу и вернем их в свои институты. Но если здесь есть что-то большее…
Уинстон прервал себя и несколько секунд с сомнением смотрел на свой планшет, словно борясь с желанием сказать или умолчать о чем-то. Наконец, справившись с сомнениями, он продолжил:
– На этот феномен обратили внимание очень крупные лица. Думаю, нет нужды объяснять причину их интереса... Признаюсь сразу – для всех нас было бы лучше, если бы этот текст оказался трюком или какой-то манипуляцией. Потому, что в обратном случае после его анализа настоящие проблемы у нас только начнутся...
– Если я правильно понял, – сказал Тайлер, – речь идет о скрытом внушении каких-то идей, которые абсолютно прозрачны в форме их донесения. И незаметны в процессе усвоения...
– Именно так, – советник поднял одну из ладоней, как бы останавливая Тайлера от дальнейшего озвучивания того, до чего тот успел догадаться.
– Как тот 25-й кадр в кино? – спросил Нил.
– Можно сказать и так, – ответил Тайлер, слегка улыбнувшись, – если не принимать во внимание, что “25-й кадр” является примитивной мистификацией, не имеющей подтверждения ни в теории, ни на практике. Обычная городская легенда.
Генерал решил в дальнейшем ограничиться репликами исключительно по существу дела. Уинстон помог ему, сменив тему:
– Нил, по поводу серверов в хостинг-центре, которые вчера взяли твои ребята. Попробуйте вычислить координаты публикатора. Я, конечно, не думаю, что человек, достаточно умный для создания подобного материала, мог легкомысленно отнестись к его размещению в сети, но сейчас для нас будет полезной любая зацепка.
Разработка планов и решение организационных вопросов затянуло собрание далеко за полночь. Тайлер оказался весьма деловым человеком – предложения и советы, которыми он делился по ходу обсуждения, свидетельствовали о том, что он умеет работать с людьми. По некоторым намекам, проскользнувшим в его речи, генерал догадался, что Тайлер – профессиональная прослойка между свободолюбивыми либералами-интеллектуалами и прагматичным истеблишментом высших слоев государства. “Интересно, какие задачи ему доводилось решать?” – промелькнуло в голове Нила, но он быстро справился с этим праздным любопытством, так как знал, что подобная информация не раскрывается ни при каких обстоятельствах.
Тем не менее, прощаясь с ним, генерал ощутил, что уже почти преодолел в себе то недоверие и неприязнь, которые сперва вызвал у него этот человек. Нил Торрес уважал профессионалов, особенно, когда они идеально соответствовали своему месту, умело конвертируя индивидуальные черты в практический результат, полезный для дела и работодателей. Тайлер явно был из этой категории специалистов.