На поиски в троянце некоего “третьего плана” группа рекомендует не тратить времени и усилий, поскольку до сих пор не обнаружилось ни одного свидетельства его существования. Основной (и можно даже сказать – единственный) след, который троянец оставляет после своего прочтения, ограничен уже известным феноменом. То, что автор, внеся подобное возмущение в социальную среду, сумел остаться в тени и более ничем себя не обнаружил, говорит о том, что он полностью достиг своих целей. Судя по всему, его задачей было не причинение ущерба или получение какой-либо выгоды от публикации текста, а донесение обществу некоего месседжа. Все это подтверждает ранее высказанное предположение, что он не представляет интересы какой-либо организации, действуя как одиночка, лишенный тщеславия и честолюбия (что укладывается в озвученную выше модель поведения социопата).
Остальные предположения об авторе текста имеют недостаточный уровень вероятной релевантности, поэтому в отчет не включены, кроме выводов о его возрасте и поле: 85% того, что это мужчина старше средних лет.
Говоря об авторе троянца, нельзя не затронуть вопрос о выборе им текстового формата. Почему именно он, а не более популярное видео или аудио? Когнитивные лингвисты считают, что теоретически видеоряд способен выступить контейнером для скрытого сообщения (хотя ни один из них не может объяснить, как именно это реализовано в данном тексте), но для воплощения такого рода идей в видео формате требуется весьма сложное техническое оснащение и опыт, которые, скорее всего, превышают возможности автора. Это подтверждает версию индивидуала, действующего без связи с корпоративными структурами. Что же касается аудио, то этот канал почти наверняка исключает возможность надежной транспортировки скрытого контента – в силу неопределенности создаваемых им образов и крайней индивидуалистичности его восприятия в каждом конкретном случае.
Исследователи признают, что автору текста удалось в изящной и лаконичной манере выразить сообщение, которое не только содержит некое утверждение, но и само служит ему подтверждением – если бы троянец заключал в себе ложную информацию, он бы не сработал, и этот текст не мог бы распространяться, оставшись без внимания.
В заключение ученые еще раз выразили уверенность в том, что троянец ограничен тем сообщением, которое он уже проявил, причем наиболее удачным его описанием считают следующую формулировку из обобщенного перечня: “изначальное отношение к реальности при помощи неких описательных приемов можно дополнить такими образами, которые изменят восприятие этой реальности или даже раскроют новые грани в ней самой”. Относительно последней части этого определения мнения разделились – половина ученых была уверена, что онтологическая составляющая в отзывах респондентах обусловлена искажениями и гиперболизацией, неизбежными ввиду сложности вербализации воспринятого эффекта.
Дойдя в отчете до этого места, Уинстон задумался, затем одним жестом выделил фрагмент текста и добавил комментарий: “Не тратьте время на онтологию, сосредоточьтесь на механизме импринтинга идей”.
Дочитав отчет Тайлера до конца, советник отправил письма с комментариями двум адресатам: самому Тайлеру и тому человеку, чей портрет висел в кабинетах их необъятного ведомства. В письме к последнему комментарии Уинстона были обширнее, изложены другим языком, причем каждое предложение в них сопровождалось не уступавшей ему в объеме аргументацией. В одном из этих комментариев советник сообщал, что технология троянца предоставит им инструмент пропаганды, не сравнимый ни с чем по своей эффективности, и обеспечит такое преимущество, какое дает лишь обладание уникальным оружием, превосходящим все арсеналы противников на целое поколение. Спектр применения этого инструмента трудно очертить, но несомненна важность открытия его первыми. Поэтому Уинстон настоятельно советует: увеличить на порядок расходы на безопасность, усилить контроль над связями исследователей с внешним миром, начать глубокий мониторинг возможных параллельных разработок, которые могут проводиться кем-либо еще. Резонанс, который получил эффект троянца в их стране, не мог не привлечь внимания геополитических противников или сопоставимых с ними структур, способных распознать потенциал этого текста.