Выслушав это, Уинстон нейтральным тоном признал, что даже отрицательные результаты, несомненно, несут в себе какую-то пользу. Говоря это, он понимал, что перед ним сидят умные люди, которые догадаются, что на самом деле означают его слова: “В сущности, отрицательные результаты – это единственное, чем вы до сих пор можете похвастаться, и я опять проявляю снисхождение, принимая их.” Судя по кислым физиономиям присутствующих, его поняли достаточно хорошо.
– Сегодня мы собрались совсем по другому поводу, – сказал Уинстон, доставая планшет.
При этих словах группа Илион заметно оживилась, подобно школьникам, сообразившим, что часть урока, на которой у них проверяют домашнюю работу, уже позади, и теперь можно расслабиться, слушая, как учитель излагает новый материал.
– Впрочем, это повод лишний раз свидетельствует о том, что пора переходить от отрицательных результатов к положительным и практическим, – тут же остудил их настроение советник.
Он включил планшет и, периодически поглядывая на него, сообщил им следующее: в то время, пока группа Илион работала над троянцем, их попечители не сидели без дела. Работа спецслужб не ограничивалась мониторингом общественных событий и настроений в собственном государстве. Соответствующие задачи были поставлены и перед внешней разведкой. После первых же масштабных проявлений троянца все поняли, что на него обязательно обратят внимание за пределами страны. Резиденты в ряде государств получили указания обращать особое внимание на внезапную мобилизацию ученых характерных специальностей, на публикации в прессе (и особенно – на прекращение некоторых публикаций), на изменение расписания политиков, вообще – на все, что может показаться необычным.
Информация, которую они вчера получили от своих агентов в Италии, поразила всех. Один из их информаторов, обладающий высокой степенью доверия, сообщил им, что Ватикан очень серьезно заинтересовался троянцем и уже более чем неделю сосредоточенно изучает его, призвав всех верных католической идее ученых с разных уголков земного шара. Разработка держится в строгом секрете, но в том, что она идет полным ходом, нет никаких сомнений. Церковь безошибочно распознала в троянце огромный потенциал и ухватилась за идею его эксплуатации профессиональной хваткой.
Это сообщение значило очень многое. Помимо того, что оно содержало само по себе, оно также подтверждало худшие опасения – троянец действительно привлек внимание остальных держав и глобальных институтов, жаждущих обрести эту технологию и обладающих всеми средствами для ее масштабного использования. Из того факта, что изучением троянца занялся Ватикан, следовало, что он не единственный, наверняка на этом поле были и другие игроки, желающие первыми добраться до главного приза. Не было никакого сомнения, что в их числе самые крупные державы, особенно склонные к авторитарным формам правления. Возможно, не только они. И если действительно механизмы троянца не ограничиваются одним-единственным языком (обратное было бы маловероятно), то за их раскрытием немедленно последуют такие события, которые по масштабу и последствиям на порядок превзойдут всё то, что им недавно довелось пережить.
Сообщение советника не только озадачило присутствующих, но и вернуло нервозность, о которой уже начали забывать после того, как общество немного успокоилось. Оказывается, теперь они соревнуются с какой-то группой противников – и, скорее всего, даже не с одной! Оказывается, что их могут опередить – и в этом случае созданный инструмент может быть применен уже не с целью распространения какой-то абстрактной идеи, а с целью манипулятивного внушения и навязывания чужой воли – их стране, их семьям, им самим... Все поняли, что советник был прав: период довольствования отрицательными результатами и фальсификаций ошибочных теорий пройден. Теперь у них не было никакого иного выхода, кроме как срочно найти решение задачи.
Лишь два человека из группы Илион были менее удручены, чем остальные, хотя сумели этого не показать. Стиан и Тэд, для которых эта информация не стала новостью, облегченно вздохнули, когда после доклада Уинстона началась оживленная дискуссия в попытках угадать параллельно работающие группы и предположить возможные направления их исследований. Оба тут же сообразили, что им представился удобный предлог для того, чтобы сообщить о предупреждении Брайана, не афишируя его участия. Едва только в общем гуле голосов начали высказываться версии относительно прочих стран, обладающих достаточными ресурсами и заинтересованностью в создании подобных Илиону групп, как оба, каждый со своего места, вбросили имена России и Китая. Уинстон, прислушиваясь к дискуссии, время от времени кивал, соглашаясь с некоторыми версиями, а сидящие рядом с ним Нил и Кеннет аккуратно фиксировали наиболее заинтересовавшие их тезисы. Скоро в зале разгорелся спор, участники которого уже через пару минут забыли о присутствующих здесь высокопоставленных лицах. Стоило кому-либо из ученых высказать свою версию происходящего, как её тут же дополняли – с одной стороны возможными ее аналогиями и вариациями, с другой – беспощадной критикой.