Эти мысли привели его в большой город, в один из тех его районов, которые законопослушные граждане стараются обходить стороной. Брайан боялся, что его речь, манеры и одежда выдадут чужака, однако его страхи оказались напрасными. Перед тем, как попасть сюда, он не только освоился с правилами поведения своего нового окружения, но и обзавелся рядом черт, необходимых для мимикрии в этой среде. Это произошло постепенно, как-то само собой, в течении нескольких дней, пока он добирался до места назначения, делая крюки и чередуя попутные машины с марш-бросками на своих двоих. Пару ночей он провел в пустых салонах полусгнивших автомашин, раз заночевал под монументальным мостом-акведуком, проброшенным между двумя скалистыми холмами. Под его бетонными опорами обнаружилось что-то вроде стационарной стоянки – у костров грелись нищие и бродяги, под грязными палатками ютилось несколько проституток и наркоманов, напротив которых разложила свои грязные пожитки парочка неумелых автостопщиков. Брайан примкнул к этому пестрому обществу, зная, что уже почти не отличается от этих людей ни одеждой, ни манерами.
Это была его вторая ночевка в окружении бродяг, к тому времени он успел преодолеть напряжение, возникающее в их обществе и неизбежное для человека его культуры. Устроившись на какой-то картонке и облокотившись на деревянные доски, прислоненные к бетонной опоре моста, он отдыхал, неторопливо жуя дешевую пиццу, купленную по пути, и прислушиваясь к разговорам вокруг. К его удивлению социолога, много лет преподававшего теорию социальных страт, но ни разу не выбиравшегося за пределы своей собственной, оказалось, что беседы между бродягами, проститутками и наркоманами, лишившимися жилья, обладают той же самой практической ценностью, что и беседы представителей того класса, в котором до этого вращался Брайан. Он даже рискнул бы предположить, что информационная плотность их дискурса выше, поскольку она оказалась более предметной и конкретной. Например, сам Брайан, почти не задавая вопросов, без труда выяснил все, что ему хотелось узнать о наилучших ночлежных домах в ближайшем мегаполисе. Затем ему с массой деталей, показавшихся ему избыточными, но впоследствии оцененными им по достоинству, объяснили нюансы избегания полиции и крупных банд, контролирующих районы проживания нищих. Беседуя с этими людьми, Брайан был уверен, что он уже достаточно похож на них самих, и даже старался разговаривать на одном с ними языке, однако быстро понял, что его раскусили в первые же минуты. Дистанция несомненно оставалась, но она не содержала в себе какой-либо враждебности – он легко узнавал все, что его интересовало.
Постепенно он начал привыкать к порывам ветра, потрескиванию костра и неумолкающим соседям вокруг него. Рядом двое бродяг обсуждали выгоды жизни вблизи большого города: один из них, сильно пахнущий потом и напоминавший спившегося водителя-дальнобойщика бородач, убеждал второго, которого Брайан в сумерках уже не мог разглядеть, в том, что в городе намного больше шансов найти бесплатную еду, одежду и даже жилье. Его оппонент яростно отрицал это, сперва ограничиваясь лапидарными комментариями, в основном состоящими из коротких обсцентных термов, но затем, не вытерпев, сообщил, что в центре города никогда нельзя найти таких богатств, какие бывают на периферии. Взять, к примеру, его самого – он знает о продовольственном складе, который когда-то принадлежал известной, но обанкротившейся фирме по поставкам. У этой фирмы где-то на границе города был бункер с холодильниками, в которых до сих пор должна храниться масса консервов и прочих продуктов...
– Тебе-то откуда знать?
– Я там грузчиком шабашил, но на другом складе. Знаю точно.
– Ну и что с того?
– Ты глухой? Я ж говорю – когда нас прижали налоговики, хозяин документацию побросал и умотал. А про склады все забыли. Если б ты работал в таких конторах, ты бы знал, сколько добра там оставляют просто так…
– Ну так что ж ты не нашел тот бункер?
– Откуда я знаю, где он? Да и толку с него – там одни консервы… В этом районе у меня и без того бесплатной жратвы навалом. Ну… если б там техника была, типа мобильники или микроволновки – тогда другое дело… их ещё можно барыгам толкнуть…