Тут до генерала дошло, что было главной целью во вчерашнем захвате хостинг-компании.
– Но это лишь первая причина. Я назвал ее первой не потому, что считаю ее самой важной, хотя такое мнение у нас, к сожалению, весьма распространено, – советник вздохнул с выражением, которое хорошо известно любому, кто хотя бы раз в своей жизни побывал под начальством человека, пишущего "интелект" и объявляющего это корпоративной нормой. – Есть и вторая, и я ее считаю куда более важной. Она заключается в самом тексте, в том эффекте, который он производит. Это... очень странный эффект.
Советник замолчал.
– Источник текста найден? – спросил Тайлер, показывая, что он умеет схватывать главную суть.
– Мы быстро вычислили исходную точку его появления, она оказалась в нашем адресном пространстве. Вчера мы взяли под контроль серверы, где этот текст обнаружился, – советник чуть заметно кивнул в сторону генерала. – Конечно, это не остановит его распространение, но есть надежда, что наши специалисты смогут определить автора вброса.
После этих слов Уинстон подался назад и произнес:
– Однако все это имеет вторичное значение, – он обращался конкретно к Тайлеру, – для вас сейчас главное – сам текст. Эффект, который он производит, механизм, который за этим эффектом стоит, возможности его применения, угрозы, вытекающие из них – вот, что приоритетно. И ответы на все эти вопросы придется искать вам. Точнее – той группе людей, которую вы соберете в кратчайшие сроки. У вас широкая сеть знакомых в среде ученых, мобилизуйте лучших специалистов, которые могут потребоваться для анализа этого текста. Без каких-либо ограничений.
Тайлер кивнул.
– Единственный наш лимит – это сроки, – продолжил Уинстон, – про другой аспект также забывать нельзя: общественный резонанс на этот текст предсказать никто не берется. Если то, с чем мы столкнулись, не фикция и не какой-то трюк, то время работает против нас. И, к сожалению, не только время.
Тут советник повернулся к генералу.
– Нил, речь пойдет о Брайане, которого твои люди вчера упустили.
Генерал подобрался и спокойно ответил:
– Да, мы его упустили, – и после короткой паузы добавил: – Уже второй раз.
Это было предвосхищение слов Уинстона, поэтому тот ограничился тем, что пододвинул планшет к себе и посмотрел на генерала, давая понять, что ждет объяснений.
– В моей практике подобного еще не было, – не спеша, начал генерал, – чтобы штатский так долго водил за нос профессионалов. Я не собираюсь оправдываться, но при других обстоятельствах я бы уже предположил, что где-то у нас утечка информации, которой он пользуется. Дважды ему удавалось улизнуть из моих сетей буквально через несколько часов…
– При других обстоятельствах, Нил, – перебил его советник, – я бы это так и назвал: попыткой переложить ответственность. К сожалению, у твоей версии больше оснований, чем тебе кажется.
Не ожидавший подобного развития событий генерал замолчал.
– Скажу больше, – продолжил Уинстон, – возможно, это было нашей ошибкой – не предоставить твоему ведомству полное досье на человека, за которым вы следили последние месяцы. Впрочем… у нас были на это свои причины.
Он тронул экран планшета и на нем показалась фотография мужчины лет сорока, снятого в полный рост – невысокого, худого и слегка сутулого, с короткой стрижкой и седой бородкой гоати, одетого в кожаный плащ и фетровую шляпу, из-под которой выглядывали настороженные глаза.
– Брайан Насу, – сейчас Уинстон обращался к Тайлеру, так как генералу это лицо было хорошо известно, – полагаю, вы о нем не слышали. Хотя, номинально, он ближе, если можно так выразиться, к вашей епархии, чем к ведомству генерала.
Тайлеру лицо на экране было совершенно незнакомо. Чуть разведя ладони, он спросил:
– Насу? Он араб?
– Нет, ударение на первый слог, – поправил его Уинстон. – Кажется, кто-то из его предков имеет японские корни.
Советник тронул фотографию на экране и ее заменил текст.