Это понимали все.
– Второе, – продолжил советник: – Немедленно разработайте принципы и нормативы карантина на случай появления чужих троянцев. Задача минимум – защитить ограниченное количество людей в государстве, принимающих решения. Включая, естественно, саму группу Илион. Задача максимум… – он задумался ненадолго, – скорее всего, нереализуема. Нейтрализация троянцев или защита всего населения. Судя по тому, что мы уже знаем, у меня нет больших надежд на то, что это возможно.
Окружающие невесело признались, что это, скорее всего, так.
– И третье, – сказал советник. – Как говорится: последнее, но самое важное. Пожалуйста, сегодня же, сразу после нашей встречи, сформулируйте все, что нужно для мониторинга – с подробностями и деталями, и отправьте мне через Тайлера все инструкции. Помните, – с усилением сказал он, – пока у нас нет своего троянца, задача мониторинга имеет наибольший приоритет. Пусть социологи составят перечень всех ключевых факторов, которые могут выступить в качестве тревожного звонка по всем возможным целям. На этом всё. Еще раз всем спасибо – вечер был очень продуктивным.
Все стали подниматься к выходу. Уинстон сидел, наблюдая, как шумящая группа постепенно вытягивается из зала.
– Вношу предложение по мониторингу! – раздался чей-то голос, по интонации которого было видно, что кому-то уже удалось справиться с первым шоком ответственности: – Я считаю, что троянцы от Ватикана можно обнаружить по внезапному всплеску толерантности в отношении к педофилам в сутанах. Если завтра обнаружится, что совращение мальчиков в кельях не вызывает осуждения у окружающих – значит, католическая империя нанесла удар по менталитету!
Группа Илион невесело хохотнула и разошлась по коридорам. Уинстон рассеянно улыбнулся, занятый другими мыслями: “Я надеюсь, что мы не опоздаем, – думал он. – Я надеюсь на это с первых дней работы над этим чертовым троянцем, и с каждым днем у меня этой надежды все меньше…”
Через две недели после этой встречи Брайан получил от Пауэлла очередное письмо – непривычно объемное. Тэд ранее не был замечен в склонности к многословию, поэтому размер сообщения насторожил Брайана – по всей видимости, случилось что-то серьезное. “Еще кого-то похитили? – подумал он, запуская декодировку письма. – Или мне на хвост опять уселись серые стражи?”
Едва начав читать, он тут же испытал облегчение – обе версии оказались ошибочными. Однако долго это ощущение не продержалось.
Как обычно, Пауэлл начал с того, что вкратце описал последние события. Случай со Стианом остаётся непонятным – чем дольше идет следствие, тем меньше остается вменяемых гипотез, которые могли бы объяснить его исчезновение. Но сейчас он пишет о другом. Он хочет поделиться непростым положением, в котором оказалась сама группа Илион.
День назад несколько членов группы собрались обсудить результаты своей работы. Следуя пути разработки, отчасти параллельной Брайану, отчасти на материале предложений и идей, которыми тот делился с группой через Тэда и Стиана, группе наконец-то удалось прийти к пониманию механизмов троянца. Более того, им даже удалось скомпоновать работоспособный шаблон-образец, функциональность которого подтвердилась в паре осторожных тестов. Этот прототип уже можно было предоставить руководству. И когда это будет сделано, до практической шлифовки технологии останутся считанные часы, максимум – дни. После чего наверняка начнется фаза его активного использования.
В неофициальном собрании, где обсуждались эти успехи, принимали участие далеко не все члены группы Илион – приглашены были только те, кому доверяли больше всех, кто был осведомлен о прогрессе и непосредственно участвовал в доводке прототипа. Пауэлл оказался в их числе – не в последнюю очередь благодаря идеям Брайана. Остальные члены группы, заподозренные в излишней лояльности к властям или в паранойе по отношению к угрозе, исходящей от их потенциальных противников, оставались в неведении, и не были допущены к обсуждению, на котором совесть и ответственность ученого должны превалировать над личными страхами, карьерными соображениями, патриотизмом или служебным долгом.
Тэд сообщил, что собраться их побудила моральная дилемма, которая встала перед ними, едва они осознали себя владельцами очередного варианта “тотального оружия”. Каждый из них понимал: группа стала обладателем уникальной технологии (не считая, естественно, автора троянца, которого можно было не принимать в расчет, поскольку он никак не проявлял себя), но эта же технология в любой момент может быть открыта кем-либо еще.