Это продолжалось еще минут пятнадцать. Мне даже показалось, что мозг превратился в жидкую, бесформенную субстанцию и медленно начал вытекать через уши. Настя ускорилась, как будто пытаясь вырвать его с корнем. Вот оно, это долгожданное блаженство! Уже на подходе! Еще несколько «да - да» головой и я взорвусь фейерверком мгновенного счастья, и залью Вселенную рекой своего тела. И только я открыл рот в ожидании взрыва, лукавая любительница «Чупа-Чупса» прекратила свое феерическое действо. Меня поглотило отчаяние. Вот же оно было счастье. Совсем рядом. Еще кивочек. Нет же, ей еще хочется поиздеваться надо мной.
- Ты чего? - Отбросив топик с лица сказал я.
- Ты думал все тебе? - ответила Настя вытирая рот. - Надо и мне что-то.
- А? – удивленно вырвалось из меня.
- В конька играл когда-то? - игривым тоном спросила девочка.
- В конька? ...
Не успел я договорить, как снова получил по - морде. Меня это уже начало пугать. Внешне такая хрупкая и беззащитная, а за последние полчаса успела выполнить месячную норму школьных хулиганов по избиению моей физиономии. Чего доброго, а еще деньги заберет. Это действительно пугало и в то же время еще больше влюбляло в нее.
- Не волнуйся, - раздраженно прорычал Настя, - сама все сделаю! Раз ты такой туподоход.
Настька содрала с меня штаны до лодыжек и элегантным движением задрала юбку, под которой не было ничего, кроме аккуратно выстриженного «шнурочка». Он будто указывал правильное направление движения: «Верной дорогой идете товарищи!». Настька села верхом, как лихой жокей на беговую лошадь и мы помчались за облака над землей. Куда-то далеко. Помня, что всадница не любит когда ее касаются руками, я раскинул их по земле в разные стороны, как страждущий. Но глаза все равно ощупывали наездницу сверху вниз. Потные ладони крепко сжали почву, чтобы снова не получить по морде. Я не заметил, как моя ладонь оказалась в крепком плену ее миниатюрной ладони. Я судорожно сжался, потому что опять испугался почувствовав на щеке предвкушение очередного удара. Но всадница-озорница только рассмеялась.
- Ха-ха-ха! Чего испугался? Уже можно. - сказала она и осторожно положила мои ладони себе на грудь.
На ощупь они оказались еще лучше, чем с виду. Такие мягкие, такие упругие и теплые! За них можно было отдать полжизни. Мне не надо было этого делать. Я их получил почти за так, за пару пощечин и укусов.
Безумная скачка подходила к своему логическому завершению. Я это почувствовал по тому, как вздрагивало потное тело всадницы, и по тому, как мелкие малиновые колючки все с большей силой впивались в спину. Она крепко вцепилась в мою шевелюру и изо всех сил ее рванула так, что я не успел даже вскрикнуть, как острый сосочек «Капитошки» оказался в мох губах. Руки обхватили атласные, полные жизни ягодицы с обеих сторон. О-о! Это сон! Этого просто не могло происходить со мной наяву. И ноздри не обманешь. Такой запах не мог присниться. Ее аромат одурманивал, сводил с ума. До взрыва оставались секунды. Сейчас должно взорваться. Глаза закрыла черная пелена и на ее фоне появились долгожданные фейерверки. Пальцы крепко сжали Настены ягодицы будто пытаясь разорвать красавицу пополам. Она выгнулась радугой принимая взрыв на себя. Пронзительный крик рассек воздух, легкий летний ветерок подхватил его вверх и бесцеремонно согнал с линии электропередач закумаренных ворон.
Мы обессилено распластались на малине. Лежали, молча курили и смотрели в синее небо сквозь малиновую призму. Не знаю о чем думала она, но меня мысли покинули и между ушей гонял легкий летний ветерок, который только что спугнул ворон. Докурив сигарету, Настя вернулась в мою сторону, поощряя, похлопала по щеке, типа: «Спасибо за секс», или «Молодец, справился», и сказала:
- Ну, что? Давай теперь малину помогу собирать?!
- Д-давай, - словно из тумана пробормотал я, - если хочешь.
Мы отряхнулись, оделись и будто ничего и не было, начали рвать малину в одно ведро. Вдруг щелкнула калитка.
- Мама! - испугался я. - Заныкайся куда-то.