— Я думаю, что вам совершенно безразлично, кто я и как попал сюда. Гораздо интереснее вам будет знать, зачем я пришел. Не так ли?
В голосе незнакомца звучала какая-то оскорбляющая нотка.
— Ничего я не желаю от вас знать! — резко перебил его Поль. — Но если вы тотчас же не уберетесь отсюда тем же путем, каким пришли, я вынужден буду позвать прислугу и вас выпроводить.
Он протянул руку к звонку, но незнакомец жестом остановил его.
— Не трудитесь: слуга не услышит звонка.
— Что вы этим хотите сказать?
— То, что вряд ли с этих пор он будет кому-либо служить.
Поль окончательно вышел из себя:
— Убирайтесь вон! Или я размозжу вам голову.
— Глупец! — крикнул незнакомец, вставая с кресла и выпрямляясь во весь рост. — Неужели ты не догадываешься, что Мишель Жерар и его слуга уже арестованы, что через несколько дней их гильотинируют. Та же участь ожидает и тебя.
Поль сделал движение, но незнакомец выхватил револьвер и крикнул:
— Ни с места!
Тогда Поль также взялся за револьвер и сам направил прицел на противника, решив не продавать свою жизнь за бесценок.
Но каково было его изумление, когда он услыхал знакомый голос:
— Молодец!
— Это вы, господин Жерар! — облегченно вздохнул Поль. — Хорошо, что вы вовремя открылись, иначе я мог бы вас убить.
— Ты вел себя превосходно и вполне достойно той роли, которую я решил на тебя возложить.
— Не пора ли нам ехать? — спросил Поль, когда волнение его несколько улеглось.
Жерар посмотрел на часы.
До отхода поезда еще 20 минут.
— Садись. Мне хотелось бы сказать несколько слов относительно всей этой монастырской эпопеи. Ты знаешь, что леди была в монастыре, но тебе совершенно неизвестно, зачем она туда отправилась.
— Я несколько раз хотел вас спросить, но не решался, — сказал Поль, едва скрывая свою любознательность.
— Чтобы объяснить тебе все, я должен отступить несколько в сторону. Несмотря на то, что вот уже три года ты работаешь вместе со мной, тебе неизвестны ни мои родители, ни мое настоящее имя.
— Судя по некоторым намекам с вашей стороны, я догадывался, что ваши родители были очень высокопоставленными людьми.
— Ты не ошибся. Но это я сам узнал только тогда, когда уже окончил Лондонский университет. Я готовился было к профессорской деятельности, как вдруг получил из Франции письмо, которое перевернуло всю мою жизнь. В нем сообщалось, что я сын Наполеона III.
— Вы наследник престола! — воскликнул Поль.
— Наследник престола, — горько повторил Жерар. — Наследник престола, который вынужден скрываться под чужим именем, за которым гоняется тайная полиция всего Парижа, как стая гончих собак.
— Но кто же вам это сообщил?
— Одно лицо, которое стояло у кормила Правления. Фамилии этого человека я не назову, но он до самой могилы остался верен своим взглядам на престолонаследие. Он был сторонником моего отца — Наполеона, и счел своим долгом открыть мне глаза на мое происхождение.
— Но отчего он сообщил так поздно?..
— Он боялся навлечь на себя ненависть республиканской партии, а потому сделал завещание, по которому это письмо было послано мне после его смерти.
— Значит нет никакой надежды?
— Надежда есть! — воскликнул Жерар, сверкая глазами. — Бумаги, которые устанавливают мое происхождение, хранятся в монастыре св. Элоизы и должны во что бы то ни стало быть у меня.
Узнать, где именно в монастыре они находятся, я и поручил нашему другу — Озон.
Я тебя не посвящаю в подробности: некогда.
Но если я не будировал массы, не выставлял своей кандидатуры и не играл на роялистических струнках националистов, только потому, что не хотел разжигать страсти до времени.
— А как же документы оказались в монастыре?
— Сестра моего покровителя была там монахиней.
Поль задумался и уже начал мечтать о своей будущей карьере в свете, но Жерар перебил полет его фантазии.
— Пора, едем, — сказал он и позвал слугу. — Вот что: сюда может явиться полиция. Ни под каким видом не отпирать дверей, если будут даже грозить взломом. Пусть, если хотят, ломают.
— Слушаю-с.
— Нам надо выиграть время, и я надеюсь, что вы сумеете занять полицейских.
— Уверен, что оправдаю ваши надежды.
— Когда вам нечего будет делать здесь, спешите в монастырь на Луару. Не застав нас дома, полиция не сегодня-завтра догадается, вероятно, поехать опять в монастырь, но до встречи с ней мы, надеюсь, если не кончим, то сделаем большую половину дела.
С этими словами Жерар вышел на улицу в сопровождении Поля.